Библиотека адвоката Жарова

То, что юрист по семейному и детскому (ювенальному) праву собирал много лет

Category: Опекунам и попечителям (page 1 of 13)

Не ходите на тестирование!

Если вы вдруг решили стать опекуном или усыновителем — не ходите на психологическое тестирование, обследование, исследование — как бы его ни назвали — не ходите туда, куда вы можете не ходить.

0. В чем дело?

С некоторых пор, особенно в  Москве, всех выразивших желание стать опекуном или усыновителем, «направляют» в две государственных организации, которые проводят «добровольное психологическое обследование» кандидатов. По результатам этих обследований составляется некое заключение, которое не только выдаётся на руки кандидату,  но и направляется напрямую в орган опеки.

Затем орган опеки использует выводы этого заключения при составлении официального заключения о возможности быть усыновителем или опекуном. Часто именно выводы этого «обследования» кладутся в основу «отказа» (т.е. заключения о невозможности быть опекуном), либо используются для установки каких-либо ограничений в положительном «заключении о возможности быть…»  (например, «только дети старше 12 лет» и т.п.)

  1. Чем мне опасно «психологическое обследование»?

Прежде всего, непредсказуемостью результатов. Если вы «просто» пойдёте к психологу и попросите его ответить на какие-то стоящие перед вами вопросы, он это сделает, и результатом будет, например, бумага, которую вы можете сами почитать, а можете — в опеку отнести.

В случае же «добровольного психологического обследования», на которое вас отправила опека, вариантов нет — бумага от государственного психолога окажется в органе опеки без всякого вашего участия.

Не предусмотрено никакой возможности обжаловать или оспорить результаты «обследования», поскольку оно — добровольное, и вас туда, строго говоря, ходить не заставляли. А уж коли сходили — никто не виноват, что результаты вас не устроили.

Таким образом, если государственный психолог что-то неправильно понял, как-то неправильно провёл это обследование (хотя нет и правил никаких!) — вы не можете с этим ничего поделать. Например, вам могут написать, что у вас «недостаточно развиты родительские компетенции» и потому детей вам давать не стоит (как обычно пишут, «нецелесообразно»). Спорить с этим выводом нельзя: ведь это просто мнение какого-то там «специалиста», как можно вообще спорить с мнением?

При этом, учитывая, что вы «сдались» добровольно, орган опеки с удовольствием использует выводы «обследования», где «нецелесообразность» или «недостаточность компетенций» превратит в формулировку «не может быть опекуном».

И оспорить такую бумагу в суде станет крайне сложной задачей (если не невозможной).

  1. А мне говорят, что если не пройти это «обследование», то заключение «не дадут»…

Сама возможность проведения такого обследования предусмотрена Постановлением правительства РФ № 423, где оно названо «добровольным» и находится в той части документа, где речь идёт об обязанности органа опеки организовать как школу приемных родителей (что не означает, что вы не можете найти ШПР для себя сами), так и «добровольное психологическое обследование», которое, если нужно вам, расскажет вам же о том, готовы ли вы к принятию ребёнка в семью.

Слово «добровольное» означает наличие у кандидата доброй воли (собственного желания) пройти какое-либо обследование. Если такой воли нет — заставить нельзя.

В перечне документов, предусмотренных постановлением правительства, заключение о добровольном психологическом обследовании отсутствует, значит, требовать его прохождения и обуславливать его наличем выдачу заключения о возможности быть опекуном или усыновителем — неправомерно.

Это значит, что сотрудники органа опеки (и даже целого Департамента) врут, когда говорят (а письменных требований я не видел), что они «не дадут заключение» пока не будет проведено «добровольное обследование». Врут, когда говорят, что прохождение такого обследования обязательно (а не добровольно).

Нужно просто собрать все предусмотренные постановление правительства № 423 (или № 275 — если заключение о возможности быть усыновителем) документы, написать заявление (образец я уже публиковал), и сдать эти документы под подпись в орган опеки.

А затем — просто дождаться ответа (скорее всего в виде положительного «заключения о возможности быть…»).

  1. А мне все равно не выдали заключения!

Да, встречается ситуация, когда хитромудрый орган опеки вместо заключения даёт бумажку, в которой очень наукообразно и с использованием оборотов «учитывая что», «принимая во внимание» и т.п., намекает, что для выдачи заключения всё-таки нужно какое-то обследование проходить.

Разумеется, если вы сдали все предусмотренные постановлением правительства документы в орган опеки и эти документы соответствуют действительности, то отказать вам в выдаче заключения о возможности быть опекуном просто нельзя.

И такие действия опеки (мы, вроде не отказали, но и не выдали) являются незаконными.

Есть установленный срок (можете, для упрощения считать его месячным), когда заключение должно быть выдано — хоть камни с неба. И, если месяц прошёл, а заключения — нет, то надо  жаловаться.

Конечно, хотелось бы жить в «прекрасной России будущего», где все чиновники соблюдают все законы, при этом вежливы и «входят в положение». Но мы живём в прекрасной России настоящего, где чиновники могут обманывать, руководствоваться не законом, а указаниями начальства, могут писать чушь в бумагах (в Киеве — дядька, в огороде — бузина), подделывать даты, терять документы, и при этом сохранять бодрость духа, незамутнённый взгляд и рабочее место.

И поэтому в прекрасной России настоящего существует прокуратура и суд, куда приходится ходить за отстаиванием своих прав.

Хорошей новостью тут является то, что судебная практика уже сложилась: при наличии всех предусмотренных постановлением правительства документов заключение не может быть отрицательным и должно включать в себя просто констатацию «может» или «не может» человек быть опекуном. А всякие разные истории про «не более одного ребёнка» или «не младше 8 лет», или «мужского пола 1-3 группы здоровья» — все эти ограничения в заключении присутствовать не должны.

И ещё. Само по себе «психологическое обследование» в Москве — долгая штука. Запись на него — за три месяца. Что уже вполне сравнимо со сроками судебной процедуры.

  1. А можно не ругаться? Можно как-то без жалоб?

В органе опеки работают вполне приятные люди. Но если эти люди сделали вам гадость или обманули вас — жалоба в ответ, как мне кажется, — вполне адекватная реакция.

Мой совет как адвоката: ни на какие «добровольные обследования» не соглашаться, никуда не ходить, показаний не давать. Если вы не слышите этот совет — ну, что я могу ещё для вас сделать?

Если чиновнику надо сделать что-то неправильное, незаконное, ненужное лично вам — можете соглашаться, молчать, не жаловаться, пожалуйста. Важно только понимать, что такое вручение своей судьбы в руки малознакомых людей — это лично ваш выбор,  ваша ответственность за принятое решение.

  1. Ну я же нормальный человек — что, мне тоже могут «написать»?

Беда в том, что да, могут. Мы все кажемся сами себе «нормальными», но как мы выглядим через глаза «госпсихолога» ГБУ «Детство» — я не знаю. Кто эти люди? Где они взяли эти «методики»? Кто контролирует, правильно ли они их применяют?

Опыт прошедших это тестирование говорит нам о том, что, например, результаты тестов (их и не показывают) никак не влияют на результаты заключения, зато сильно влияет на него настроение каждого конкретного «госпсихолога». Учитывайте также, что сотрудники государственной службы имеют дело с возвратами детей из приёмных семей, горем, слезами, несчастьем — т.е., в основном,  отрицательным опытом. И, конечно, они будут вас оценивать… как источник потенциальных проблем.

При этом не забывайте, что «несказанное ошибки не содержит», и если вы НЕ обследовались, никаких выводов о том, что вам «нецелесообразно» иметь детей, сделать будет невозможно.

  1. Если согласиться на «обследование», тогда не будут придираться к другим документам?

Конечно будут. Всё, что мы вправе требовать от чиновников — соблюдать закон и административный регламент. И если при этом у нас (предположим) не вполне легальная справка о доходах или, положим, мы «забыли», что у нас есть иностранный муж (брак был в Италии и в российский паспорт штамп почему-то не поставили) — извините, отдел фантастики на другом этаже.

Нет никакой реальной связи между тем, что вы пройдёте «добровольное обследование», которое проходить не хотите, и вниманием чиновника к вашим документам. А вот само по себе это «добровольное обследование» число кандидатов в опекуны и усыновители сокращает. И вы вполне реально можете оказаться в числе «сокращённых».

  1. У меня — приёмная семья…

При заключении договора о приёмной семье орган опеки может потребовать, в принципе, хоть звезду с неба достать. И, разумеется, если вы это подписываете — извольте исполнять.

То же самое и перед заключением договора. Если орган опеки не хочет заключать договор, пока вы не сдадите нормы ГТО (или не пройдёте «добровольное психологическое обследование») — заставить его сделать это нельзя.

Но это, повторюсь, это касается «родителей за зарплату», приёмные семьи.

К «обычным» опекунам и, тем более, к усыновителям эти настойчивые требования применять нельзя.

Разрешения спрашивать не нужно. О выезде за границу с ребёнком

В преддверии летних отпусков снова встаёт вопрос: нужно ли в органах опеки и попечительства брать разрешение на выезд с ребёнком за границу?

В очередной раз отвечаю в своей статье.

И снова про выезд за границу с ребёнком

Я уже много раз писал на эту тему. Если речь идёт о ребёнке, у которого есть родители, при выезде за границу никаких проблем возникнуть не должно.

Нет никаких проблем с выездом за границу и усыновлённых детей. Вы можете ехать куда захотите, не спрашивая и не уведомляя никого. Исключение — переезд за границу на постоянное место жительства, если усыновление состоялось менее трех лет назад. В таком случае вы должны сообщить органу опеки, куда вы едете (новый адрес). Только сообщить, ни о каком «разрешении» и тому подобном речи не идёт. Уезжайте куда хотите и когда хотите (хоть через неделю усыновления). Как вас там (в Уругвае, на Мальте, в Камбодже) будут «контролировать» — не ваша забота. Скорее всего, никак.  Либо в качестве «проверяющих» к вам разок-другой приедут в гости сотрудники консульства России.

Если вы едете за границу не на ПМЖ, а на работу, на отдых, в гости, и т.п., то есть собираетесь там не жить, а лишь находиться какое-то время, то сообщать органу опеки об этом не обязательно. Разумеется, вас попросят всё-таки быть в России в те дни, когда опека захочет провести «обследование условий жизни ребёнка», но и тут есть широкий простор для договорённостей. В конце концов, если вам лететь не двадцать часов, приехать домой из Европы или Азии на день-два-три — несложно.

Подопечные дети также выезжают зарубеж со своими опекунами без каких-либо разрешений органов опеки. Просто берёте с собой постановление об опеке и едете. Также без проблем оформляется опекуном заграничный паспорт для подопеченого ребёнка, получаются визы и т.д. Срок пребывания за границей никак не оговорен в законодательстве. Пресловутые 90 дней, которые откуда-то вылезают, скорее всего связаны с ограничениями шенгенской визы или чего-то подобного. Со стороны опеки никаких рамок по срокам нет.

Вопрос только в том, что делать, если плановая проверка условий жизни подопечного (а эта радость случается со всеми подопечными как минимум каждые 6 месяцев) придётся на время вашего отсутствия. В законодательстве такая ситуация не предусмотрена. Наиболее простым решением является всё то же возвращение на пару дней, чтобы провести «обследование», а затем лететь дальше. Если же это невозможно, риск, что ребёнка опека «потеряет» всё же существует. В конце концов, обнаружив, что ребёнка нет, орган опеки может даже объявить его в розыск.

Поэтому совет тут один: не пропадать с телефонной связи (никто в органах опеки не мечтает прийти к закрытой двери, и о визите будут предупреждать по телефону) и договариваться о времени визита (плановые проверки планируются с точностью до месяца, например: апрель, сентябрь).

Сложнее с вопросом выезда на ПМЖ опекуна и ребёнка. Закон не содержит запрета ни на какое изменение места жительства опекуна. В частности, никто не запретит опекуну переехать из России в Германию, США или Вьетнам — имеет право. Такого основания для отмены опеки, как изменение места жительства опекуна, в законе нет. Остаётся только обязанность сообщить органу опеки об изменении места жительства опекуна (и подопечного) не позднее дня переезда.

Я сильно не рекомендую сообщать об этом раньше, и, тем более, ставить орган опеки в известность о ваших долгосрочных планах переехать куда-то дальше пределов страны: случаи бывают разные, в вашей ситуации может сработать принцип «как бы чего не вышло» и включиться противодействие. А вот если орган опеки получит информацию о переезде уже постфактум, делать ему будет нечего. Вы свою обязанность выполнили, а как вас «там» будут контролировать и кто — не ваша забота.

Отдельный короткий вопрос — отчёт опекуна об имуществе подопечного, который сдаётся к 1 февраля ежегодно. В законе упомянут термин «направляется» применительно к сдаче отчёта. Это значит, что его можно направить и по почте, и через доверенное лицо, и лично — как угодно, лишь бы отчёт достиг органа опеки. «Живого ребёнка» к 1 февраля представлять не нужно — его «обследуют» в другое время (апрель, сентябрь… — или как там у вас в плане).

У приёмных родителей ситуация сложнее. Во-первых, вопрос перемещения ребёнка, его выезд с места жительства приемного родителя, сроки такого выезда и т.п., могут быть оговорены (и часто оговорены) в договоре о приёмной семье. И там может стоять прямой запрет на выезд ребёнка с места жительства без разрешения органа опеки на срок, например, более 30 дней. Это — договор, его надо читать, и, увы (или ура), соблюдать, коли вы его подписали.

Во-вторых, при изменении места жительства приёмного родителя договор о приёмной семье, как правило, расторгается, и заключается новый уже с органом опеки и попечительства по новому месту жительства. Нет никакого правового механизма для заключения договора о приёмной семье с приёмным родителем, постоянно проживающим за пределами РФ. Это значит, что при переезде за границу приёмному родителю придётся стать «просто опекуном», потеряв все выплаты и льготы приёмного родителя.

Кратко говоря, приёмная семья с выездом за границу не очень хорошо сочетается…

Отдельная группа вопросов: что делать, если подопечный ребёнок, в том числе, живущий в приёмной семье, едет заграницу без опекунов или приёмных родителей, сам или в составе группы, с «бабушкой» и т.п.

Ответ на эти вопросы делится на два блока.

1. Для выезда заграницу самого по себе потребуется разрешение опекуна, нотариально заверенное, с указанием лица, с которым следует ребёнок, сроков и стран, в которые разрешён выезд.

2. Для выезда за границу детей, находящихся под опекой, никаких других разрешений, в том числе от органа опеки, не требуется. Однако, нужно понимать, что орган опеки,  получив информацию о том, что опекун — в Москве, а ребёнок — с кем-то там посторонним (во всяком случае, посторонним органу опеки) — в Испании, может задать резонный вопрос: а как именно в эту минуту опекун обеспечивает соблюдение прав и законных интересов ребёнка? Но, учитывая, что у опекуна нет обязанности сообщать о путешествии органу опеки, вопрос, такой скорее всего и не встанет вовсе. No ask — no tell.

Что касается приёмных родителей, то здесь всё не столь однозначно. С одной стороны, приёмные родители не перечислены в тексте закона (в отличие от опекунов и попечителей) как субъекты, которые могут давать согласие на выезд заграницу. С другой стороны, они действуют как опекуны или попечители ребёнка, несут обязанности и имеют права, равные с опекунами, и обычно дополнительных вопросов на границе не возникает.

Также напомню: орган опеки и попечительства при заключении договора о приёмной семье может предусмотреть (и часто предусматривает), что выезд заграницу ребёнка, находящегося в приёмной семье, возможен только при согласии органа опеки. И в таком случае приёмный родитель, не получивший такого согласия, сильно рискует: договор с ним может быть расторгнут, а обязанности опекуна прекращены.

Итак, резюмирую. «Родительские» дети, усыновлённые дети, дети, находящиеся под «простой» опекой, выезжают за границу одинаково: как и когда хотят, вместе или порознь с родителями (опекунами, попечителями). В том числе и на ПМЖ.

А вот поездки за рубеж детей, находящихся в приёмных семьях, могут быть ограничены в договоре о приёмной семье (и чаще всего в договоре имеются ограничения по срокам выезда и требования получать разрешение от органа опеки и попечительства).

Я умру? — А как же! (о назначении опекуна на случай смерти родителей)

Все собрались умирать. Как только у человека появляются дети, одна из главных мыслей, после того, как дитё поело и уснуло: вот он (она) — наследник.

Действительно, наши дети нас переживут, и им продолжать наше дело, или хотя бы  наш род. И нам очень бы хотелось, чтобы каждый наш ребёнок получил из наших рук всё, что ему положено…

Но люди смертны, и, как писал классик, самое печальное, что смертны внезапно.

С 2008 года в России появился механизм, позволяющий назначать опекуна над ребёнком на случай смерти единственного родителя. В 2017 году в эту статью федерального закона «Об опеке и попечительства» внесены изменения, и опекуна на случай смерти можно назначить и при одновременной смерти обоих родителей.

Пока мне неизвестно ни одного случая, чтобы эта статья сработала, то есть все, кто написал подобное заявление — живы. И слава богу. (Меня поправляют, что на прошлой неделе произошло как раз подобное печальное событие — и теперь все ждут назначения опекуна по такому вот «завещательному заявлению»).

Тем не менее, если вы задумываетесь, куда попадёт ваш ребёнок когда вы, вдруг, скончаетесь, можете написать заявление о назначении опекуна на случай вашей смерти.

В каких случаях это применимо?

Во-первых,  когда родитель один, то есть, вместо второго родителя в свидетельстве о рождении ребёнка — прочерк или вписан папа «со слов матери». Ситуация, когда второй родитель лишён родительских прав, понятием «единственный родитель» не охватывается.

По аналогии закона можно считать, что в случае, если второй родитель умер, признан умершим или признан безвестно отсутствующим, мы также можем говорить о «единственном родителе», поскольку нет никакого шанса, что ребёнок окажется у этого «второго родителя».

Во-вторых, если родители скончались одновременно — также может быть назначен опекун по их прижизненному заявлению. Одновременной смертью считается (как указано в законе «Об опеке и попечительстве») смерть в один день. То есть, если  один из родителей скончался 1 числа в 9 часов утра, а другой — в 9 часов вечера того же числа, они будут считаться умершими одновременно. А вот случае, если один из них умер в 23 часа, а другой — в час ночи следующих суток (даже если они попали в одну и ту же аварию) — то они уже не считаются умершими одновременно.

Понимаю, что человеческая логика тут говорит одно, но закон имеет свои условности, которые, увы, надо соблюдать.

Каков механизм подачи такого заявления?

1. Подписи родителей (единственного родителя) на заявлении должны быть заверены. Или сотрудниками органа опеки и попечительства (тогда туда надо прийти лично с паспортом), либо в нотариальном порядке, либо, если родитель находится в больнице, в тюрьме, в армии — руководителями, начальниками, командирами соответствующих организаций.

2. Заявление должно быть подано в орган опеки и попечительства по месту жительства ребёнка. Даже если подпись гражданина заверял нотариус, всё равно заявление нужно направить (можно, например, по почте) в орган опеки и попечительства.

3. Если родитель захотел отменить или изменить заявление — это можно сделать в таком же порядке.

В заявлении нужно указать данные того лица, которое родитель просит назначить в случае своей смерти опекуном своего несовершеннолетнего ребёнка.

Каковы ограничения?

1. Никто не проверяет, хочет ли сам «назначаемый» быть опекуном. Это — зона ответственности самих родителей. Назначить опекуном помимо желания гражданина  нельзя. Человек может отказаться или даже просто «не собрать документы», которые нужны для назначения опеки. И в таком таком случае опека назначена не будет.

Кроме того, надо учитывать, что никакого прописанного в законе механизма поиска и оповещения такого потенциального опекуна нет, это значит, что если он сам не обратится в орган опеки, его могут просто «не найти».

2. Попечительство над ребёнком, достигшим 14 лет невозможно без согласия самого подопечного.

3. При установлении опеки должны быть соблюдены все требования к личности опекуна (попечителя), предусмотренные законодательством. Например, к здоровью кандидата в опекуны, его судимости и т.п. Опекун не будет назначен, несмотря ни на какие заявления, если он «не проходит» по этим требованиям.

4. Орган опеки и попечительства может отказать в назначении опекуна по заявлению и в случае, если это противоречит законодательству, либо «интересам ребёнка».

Надо признать, что «интересы ребёнка» — вещь вполне себе резиновая и растягивается до очень широких пределов. В частности, не удивляйтесь, если вашему, живущему за три моря, двоюродному брату будет отказано в назначении опекуном в силу того, что ребёнку не резон менять «привычное окружение», лишаться связей и друзей, переезжая из своего дома, потому лишь, что так написано в заявлении.

Выбирая кандидатуру опекуна, не уходите слишком далеко от вашего места жительства. Ведь если с вами действительно что-то случится — этот опекун должен сразу иметь возможность взять ребёнка на руки. Если он будет в четырех часах лёта — ребёнок неизбежно окажется в приюте (в больнице, в каком-нибудь «центре») — органу опеки просто некуда больше его девать.

В любом случае, орган опеки обязан принять во внимание ваше заявление о назначении опекуна на случай смерти, однако, не связан 100% обязанностью такого опекуна назначать. И, конечно, не обязан оформлять над ребёнком предварительную опеку. Такое случается, но не является нормативом.

Так что если ваш случай — не скоропостижная кончина от авиакатастрофы, а, положим, тяжёлое, но всё-таки, с некоторым временным прогнозом, заболевание, то есть время подготовится.

Можно рекомендовать сразу же написать заявление о назначении опекуна (в том числе и предварительно, под «временную опеку») в связи с заболеванием, передать ребёнка, и написать ещё одно заявление — уже на случай смерти. В такой ситуации орган опеки, скорее всего, будет рассуждать тем же образом: менять ничего не стоит, ребёнок продолжить жить у того гражданина, с кем и проживал последние несколько месяцев.

Механизм «завещательного заявления», разумеется, лучше, чем то было до этого, но всё равно не панацея. Делайте всё, что нужно, пока вы на этом свете. С того света это будет сделать проблематично.

Постепенность — наше всё

Сначала мы научили почти всех граждан требовать письменных ответов от разных органов на их требования. Теперь — следующий шаг.

Чтобы получить письменный ответ — нужно подать письменный запрос, заявление, обращение, жалобу, воззвание, предложение, декларацию, меморандум или хотя бы коммюнике. Письменно!

Казалось бы, очевидная история: будешь кричать — получишь в ответ тоже колебания воздуха, хочешь что-то материальное — ну, хотя бы плюнь туда!

Ни у какого, даже самого прекрасного, государственного органа нету ни ушей, ни рта. Оно с нами может общаться только письменно. Читать и писать, и больше ничего.

Поэтому, дорогие мои: хотите чтобы вам что-то ответили письменно, пишите сами.

Обращается гражданин О. с гражданкой О-вой  в орган опеки и говорит: оформите мне приёмную семью, пожалуйста! А с платформы говорят: это город, Ленинград. В смысле, нет, не будет вам никакой приёмной семьи. А дайте, говорит гражданин О., мне письменный отказ! Не дадут. И будут правы. Нет письменного заявления — нет письменного ответа. И жаловаться потом не на что!

Или, скажем, гражданка Ж. приходит в  Управу московского района П. и требует, чтобы ей немедленно починили крышу. Ну, не совсем ей, а в её доме, но не суть. Гражданка Ж. пришла подготовленная, в её руках — письменное заявление. Заявление у гражданки принимают и… Ничего не происходит ближайшие 30 дней. Потому, что у каждой бумаги существует срок рассмотрения. И, как бы мы ни старались, заставить какой-нибудь орган ответить ранее, чем предусмотренные, чаще всего, 30 дней (а не прямо сейчас) — мы не можем.

А вот семья Д-вых, которая хочет, чтобы им выдали направление на посещение розовощёкого парня 2,5 лет по имени Дима, который находится в М-ском доме ребёнка, и, одновременно — на сайте регионального банка данных М-ской области. Хорошо, говорит сотрудница М-ской опеки, оставляйте своё заявление, только дату не ставьте. Почему, интересуются Д-вы. Ну, так надо, говорит сотрудница, сегодня пятница и у нас уже ушла сотрудница, которая ставит штампики, поэтому я сама поставлю дату в понедельник — и «мы вам позвоним».

Д-вы уходят довольные и ждут аж до четверга, пока им позвонят… А в четверг решают всё-таки доехать до М-ской опеки и спросить, когда же на мальчика Диму можно будет посмотреть… И встречает их уже другая сотрудница и говорит, что на мальчика Диму уже давно (!) выдано другое направление, другим кандидатам, и что уже даже подписано согласие на усыновление. А как же наше заявление, спрашивают Д-вы. Ну как-как, вот, вы его подали во вторник, а те своё — в понедельник, поэтому, вы как бы вторые в очереди. Но если те откажутся, мы вам сразу позвоним!

Мораль? Если бы Д-вы поставили дату, то заняли бы не почётное второе место, а, скорее всего  были бы знакомы с Димой уже в понедельник…

Older posts