ataşehir evden eve nakliyat лишение родительских прав | Библиотека адвоката Жарова

Библиотека адвоката Жарова

То, что юрист по семейному и детскому (ювенальному) праву собирал много лет

Tag: лишение родительских прав (page 1 of 7)

Лишение родительских прав и судьба детей из интернатов

Есть такая категория детей, которые, вроде бы, не остались без родительского попечения, но давно и прочно «сданы» родителями в пансионаты и интернаты. Что с ними делать? Пора ставить этот вопрос!

ЛРП Адвокат Жаров

Кто тут безнадзорный? «Изымать» будем?

Когда я в очередной раз читаю, что «опека изъяла детей», каждый раз испытываю негодование. Во-первых, дети — не имущество, и их нельзя «изъять».

Во-вторых, если всё по закону, и детей из ужасных условий: от пьяной «до сиреневых кузявок» мамы, от невменяемых маминых сожителей с ножами и топорами, непосредственно угрожающих ребёнку, действительно отобрали, то глагол был бы именно таким — «отобрали». И это автоматически включает судебную процедуру лишения родительских прав и требует от органа опеки принятия соответствующих процессуальных решений: нужно издать постановление об отобрании, соблюсти чётко установленные сроки и т.п.  Желающие могут прочитать ст. 77 СК РФ.

В-третьих, если ребёнка отобрали не в соответствии с законом, а как-то по-другому: переместили от родителей куда-то в приют или в больницу, то удивляет, почему в этом случае родители занимают такую пассивную позицию: мол, «изъяли» так «изъяли», что же, мол, пожелаешь…

Остановлюсь поподробнее на этом вопросе.

Итак, если постановления органа опеки об отобрании нет, то ребёнок из семьи может «уйти» или добровольно, по заявлению родителей, или сотрудникам опеки и полиции придётся делать вид, что ребёнок был не дома с родителями (бабушкой, совершеннолетней сестрой), а, например, гулял по двору без присмотра. В таких случаях сотрудник полиции составляет акт о выявлении безнадзорного ребёнка и передаёт ребёнка в тёплые, но цепкие руки сотрудников органа опеки.

В этом месте бывает масса нарушений. «Безнадзорный» — это ребёнок, контроль за поведением которого отсутствует вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязанностей по его воспитанию, обучению, содержанию со стороны родителей или иных законных представителей либо должностных лиц (ст. 1 ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»). Что нужно понимать под этими умными словами?

Если ребёнок 10 лет гуляет во дворе, а мама смотрит из окошка — он не безнадзорный. А вот если гуляет мама, а ребёнок смотрит в окошко, как она пьёт пиво на детской площадке — вот это да, безнадзорность.

Также надо понимать, что ребёнок по определению не может быть безнадзорным в школе, детском саду, в кружке, под присмотром бабушки, сестры, соседки, поскольку  в этом случае родители не теряют контроль за поведением ребёнка, а просто, временно, делегируют его. Никакого запрета так делать нет.

И поэтому все случаи, когда ребёнка забирают из школы, из спортивной секции, из дома родной бабушки, и даже из квартиры соседки, которую попросили «посидеть с ребёнком», пока мама побежала за молоком — всё это, конечно, не про безнадзорность ребёнка, а про нарушения в работе сотрудников полиции.

Тем более, не может быть безнадзорным ребёнок в родном доме в присутствии родителя.

Если ребёнку действительно плохо и ему угрожает опасность в родном доме, происходит отобрание по ст. 77, а дальше — суд о лишении родительских прав. Или — оставьте всех там, где есть, даже если мама, с вашей точки зрения, не сильно хороша. За ребёнком следить может? Всё, отстаньте. Это не безнадзорность.

Конечно, всё сильно зависит от возраста и состояния здоровья детей. Давайте приведём примеры.

Ребёнок полутора лет дома с пьяной («лыка не вяжет») мамой. Здесь будет отобрание, поскольку оставлять полуторагодовалого ребёнка одного нельзя даже на минуту. Он уже может добраться и до плиты, и до розеток, и вылезти в окошко. «Кондиция» мамы в таком случае не позволяет уследить за ребёнком.

Ребёнок пятнадцати лет в таких же условиях отобран быть не может, поскольку ничего его жизни и здоровью не угрожает, он уже в состоянии сам себя и развлечь, накормить, и воздержаться от засовывания пальцев в розетку.

А вот с семилетним ребёнком в таких же условиях — что делать? Это вопрос к специалисту органа опеки, и только к нему. Если он видит, что угроза жизни или здоровью есть — немедленно отбирать. Угрозы нет — ничего не трогать.

Ребёнок самостоятельно едет на тренировку на общественном транспорте. Такой ребёнок, в общем случае, не может быть признан безнадзорным, однако, опять же, всё зависит от возраста и привитых ребёнку навыков самостоятельности.

Если родитель уверен, что ребёнок имеет прочно сформированный навык перехода дороги по пешеходному переходу, знает маршрут, умеет уверенно пользоваться общественным транспортом, имеет с собой телефон для связи (а то еще и с подключенной услугой родительского контроля — привет, ГЛОНАСС), то в чём проблема? У нас считается смертельно опасным ходить ребёнку по улицам, стоять на остановке, садиться в автобус? Полиция, а зачем вы существуете тогда?

В каком возрасте уже можно так отпускать? Я не знаю, каждый человек развивается со своей скоростью, и вы, как родитель, сами понимаете, может ли ваше чадо справиться с переходом дороги, или всё-таки надо водить за ручку. Лично я бы детей до семи лет вообще никуда бы не отпускал без сопровождения. Но это моё мнение, в правилах  пользования общественным транспортом никак не ограничен возраст, с которого ребёнок может ездить сам. Логика подсказывает, что если лифтом нельзя пользоваться до семи лет без взрослых, то и заведомо более опасное метро тоже не ждёт пассажиров дошкольного возраста без взрослых.

Ребёнок проводит каникулы за городом у бабушки (тёти, маминой подруги, жены брата супруги троюродного деверя), а мама продолжает пахать в офисе. В этому случае ребёнок — безнадзорный? Нет, конечно. Здесь наличествует «контроль за поведением» ребёнка, только в конкретный момент он поручен другому взрослому. Разумеется, это не должен быть пьяный собутыльник или малолетний сын соседа («пригляди за коляской»). Во всех остальных случаях — никаких проблем нет, отправляйте детей хоть к бабушке, хоть к дедушке, хоть к обоим сразу.

(Разумеется, это НЕ касается приёмных родителей и опекунов. Ни опекун, ни приёмный родитель не может «делегировать» свои обязанности кому-либо).

Итак, запомните: никакой «таблицы возрастов» не существует, и в каждом конкретном случае сотрудник органа опеки должен принимать решение исходя из имеющихся в данном случае обстоятельств. Поэтому бывает так, что «вчера» ребёнка оставили в семье, а «сегодня», вроде бы при тех же условиях — отобрали. Разница может быть только в том, как тот или иной сотрудник органа опеки — живой человек — оценивает степень опасности тех или иных обстоятельств. Для одного наличие розеток в доме — норма 21 века, для другого — опасная опасность («а вдруг засунет пальчик…»). Но тому, кто ребёнка в семье оставит, объяснять ничего никому не надо, а тому, кто отберёт — потребуется объяснять свои действия в суде и доказывать, что они были обоснованы.

Поэтому, когда мне говорят, что злые тёти из опеки отбирают детей почём зря, я не тороплюсь соглашаться: вообще-то, сотрудники опеки изо всех сил стараются НЕ отобрать ребёнка, т.к. потом им придётся долго и многократно свои действия обосновывать, доказывая собственную правоту. Сначала прокурору, потом в суде… Конечно, в общем случае, сотрудники опеки стараются этого избежать.

P.S.: Гала Суханова сняла в своё время очень хорошую короткометражку «Проверка». Это — почти документальное кино, разумеется, с профессиональными актёрами. Посмотрите, много про сотрудников опеки станет более понятным.

Группа рабочая, результат — общественный

Сегодня принимал участие в заседании рабочей группы по контролю за соблюдением прав и законных интересов детей и семей при Уполномоченном по правам ребёнка Москвы Евгении Бунимовиче.

К счастью, собираться стали мы нечасто, а это значит, что в Москве отобрание детей из семьи (как кровной, так и приёмной, стало всё-таки исключением, а не повседневностью).

Сначала два слова о том, что это за группа такая и для чего она работает. После нескольких очень громких отобраний детей московский Департамент труда и социальной защиты населения вышел с предложением создать некий общественный орган, который мог бы, постфактум, к сожалению, но разбираться в обоснованности действий органов опеки по отобранию детей из семей. Площадку для проведения рабочей группы предоставляет Общественная палата Москвы, а председательствует в рабочей группе УПР Москвы Евгений Бунимович.

Как было раньше? Орган опеки принимал какое-то решение, например, об отобрании детей — и дальше ситуация была достоянием общественности только в случае, если на неё обратят внимание СМИ. И приводило это к тому, что обсуждение сложной и неоднозначной ситуации проходило в формате истерики: «Ребёнка отобрали! Семью разрушили!» Хотя частенько действия органа опеки можно было понять…

Сейчас все случаи, когда ребёнок отбирается из семьи (причём не только кровной, но и приёмной),  рассматриваются на заседании этой рабочей группы, куда в обязательном порядке приглашаются и родители, и все участники событий (опека, КДН, всякие «службы сопровождения» и т.д.). Обязательно участвует и «профильный замминистра» — зам. руководителя ДТСЗН Алла Зауровна Дзугаева.

Почему это лучше, чем то, что было?  Потому что раньше органы опеки варились в собственном соку, просто принимали наотмашь какое-то решение — и всё. Сейчас они вынуждены как-то обосновывать свои действия перед людьми, которые с органом опеки никак не связаны (например, адвокат Жаров ;). И им, конечно, задают вопросы, что делает «защиту чести мундира» весьма затруднительной. Что, например, вы будете рассказывать многодетной приёмной матери Ирине Полежаевой? Что нового ей можно рассказать? Как обмануть?

Разумеется, наверное, это не универсальный способ защиты прав детей, и, конечно, не замена суду, но, тем не менее, ещё один момент, когда несколько десятков профессионалов ещё раз пересматривают ситуацию и думают, как бы можно было обойтись без того, чтобы ребёнок попал в «систему».

Сегодня на рабочей группе рассматривался ровно один вопрос: обоснованность отобрания трехлетнего ребёнка из семьи З-ной и В-го. И, несмотря на то, что отобрание ребёнка, к сожалению, ничем другим, кроме как обращением в суд, закончится не может (такой закон), все участники рабочей группы единогласно решили, что в данном конкретном случае семьёй ещё не совсем утрачены ресурсы для воспитания ребёнка и с ней можно продолжать работать. Об этом договорились и представители здравоохранения, и органы опеки и даже КДН.

Я, как руководитель Команды адвоката Жарова, со своей стороны, предложил представлять интересы З-ной в суде при лишении родительских прав. Разумеется, на условиях pro bono.

Можно сказать, что на сегодняшний день ситуация в этой семье разрешена (хотя и в «ручном режиме») наилучшим из возможных способов. Что будет дальше — посмотрим, поскольку дальнейшие шаги — уже ответственность самих родителей.

Адвокат Жаров в Общественной палате Москвы

Лишение родительских прав: самые живучие мифы

  1. Лишить родительских прав практически невозможно

С вами не согласятся почти 36 тысяч родителей, которых лишили родительских прав в 2017, например, году. Лишают — только в путь. И удовлетворяют больше 80% исков о лишении родительских прав.

Конечно, такая категория дел — непростая, конечно, лишение родительских прав — крайняя мера родительской ответственности, конечно, те, кого лишают, часто говорят, что были какие-то объективные причины для отсутствия заботы о ребёнке… Но всё это в сумме всё равно даёт результат: лишают.

Больших проблем не возникает, если второй родитель «пропал» и пропал давно, алиментов не платит, с ребёнком не общается. Как правило, такое поведение верно расценивается судами как уклонение от исполнения родительских обязанностей. И в итоге— лишение родительских прав.

  1. Лишить родительских прав очень легко

На самом деле, лишение родительских прав — одна из самых сложных категорий дел. Каждый юрист скажет вам, что это «крайняя мера» и что основания для лишения родительских прав исчерпывающе описаны в законе (ст. 69 СК РФ). И поэтому для доказательства этих исключительных, крайних обстоятельств требуются и свидетельские показания, и большой массив документов, и кропотливая работа юриста.

Одних показаний мамы (папы) о том, что второй родитель — гад последний, совершенно недостаточно. Даже если это и правда: доказывать придётся, а при сопротивлении «лишающегося» это будет тем более сложно.

В частности, даже робких (но достаточно регулярных) попыток отдельно проживающего родителя встретится с ребёнком оказывается достаточно, чтобы суд отказал в иске о лишении родительских прав. Особенно, если эти робкие попытки наталкивались на ожесточённое сопротивление.

  1. Если я не хочу (или просто не приду в суд), никто меня родительских прав не лишит

Любое гражданское дело рассматривается судом не с точки зрения всеобщей справедливости, а как спор. Если одна сторона представляет доводы, подкрепляет их доказательствами и обосновывает ими свои требования, а другая сторона — молчит, или вовсе не приходит, то суд не будет вытаскивать из кого-то правду клещами: каждый кузнец собственного судебного дела.

Если вы просто возражаете против лишения родительских прав, а противоположная сторона приводит свидетелей, приносит справки, подробно поясняет свою позицию — удивляться тому, что ваши, даже самые громкие, возражения не будут услышаны — не стоит.

В суде нужно действовать так, как предписано законом. А именно: защищать свою позицию. Не защищаете? Делаете вид, что это вас не касается? Вы «в домике»? Ну, хорошо, тогда суд просто решит без вас. Гражданское дело — оно такое, каждый доказывает то, что он хочет. Или не доказывает.

  1. Лишили родительских прав — перестаю платить алименты

Нет. Пожалуй, единственная связь родителя, лишенного родительских прав, и ребёнка — это обязанность платить алименты.

  1. Лишили родительских прав — это навсегда

Неправда ваша: любой лишенный родительских прав родитель может попытаться в них восстановиться. Достаточно преодолеть причины, послужившие основанием для лишения родительских прав. Кстати, обращений в суд по этому поводу в 2017 году было 3300, 2700 из них — удовлетворены, т.е. родители были восстановлены в родительских правах. Так что восстановление — дело нечастое, но вполне возможное.

Единственное исключение: восстановление в родительских правах невозможно, если ребёнок уже усыновлён.

  1. Попал в тюрьму — автоматически лишился родительских прав

Суды неохотно лишают родительских прав «сидельцев», справедливо отмечая, что таких родителей разлучили с ребёнком помимо их желания. Однако, основания для лишения родительских прав могут иметь место и до того, как мать или отец оказались за решёткой. В таком случае лишение родительских прав возможно (и вполне часто практикуется).

Например, если преступление родителя совершено против самого ребёнка или второго родителя. Или попавший в тюрьму родитель до этого лет пять никак с ребёнком не контактировал, алименты не платил. Конечно, в таких случаях родителя могут лишить родительских прав (и чаще всего лишают).

Но само по себе попадание родителя в места лишения свободы, даже за самое ужасное преступление — не основание для лишения родительских прав.

  1. Пока родитель не лишен родительских прав  — никакие выплаты ребёнку от государства не положены

Распространённый и, к сожалению, поддерживаемый государственными органами миф. Например, в Московской области выплаты детям, находящимся под опекой, назначаются только когда опекун приносит в орган опеки решение суда о лишении матери родительских прав.

Неправильно.

Право ребёнка получать от государства содержание, в том числе в виде выплат, которые производятся опекуну, вытекает из того факта, что ребёнок остаётся без попечения родителей (см. ФЗ «О дополнительных гарантиях…»). При этом выплаты ребёнку, находящемуся под опекой, прямо предусмотрены п. 3 ст. 148 СК РФ. Никакими ограничениями (вроде лишения матери, отца или троюродной тёти родительских прав) это правило не обременено.

Конечно, лишение родительских прав обоих (единственного) родителей — само по себе основание для признания ребёнка оставшимся без попечения родителей. Но и до этого момента ребёнок, находящийся в семье опекуна — является оставшимся без родительского попечения. В противном случае, он не был бы в семье опекуна, а воспитывался бы родителями.

«Мелочи правосудия» и желание справедливости

Самое распространённое (ошибочное) ожидание человека, пришедшего в суд — ожидание справедливости. Причём (с какого-то перепугу) именно той справедливости, которую этот человек сам себе придумал.

Ну, например, приходит в суд женщина с заплаканными глазами. Она-то точно знает, что её бывший муж — последний гад, о ребёнке не думает, и вообще жизнь свою тратит на то, чтобы ей, несчастной, напакостить. Это же так очевидно, это же каждый божий день происходит в жизни несчастной женщины с заплаканными глазами.

И пусть этот проклятый истец приносит в суд уже второй том справок, заключений, копий каких-то документов, пусть его адвокат забросал уже школу, кружки и поликлинику самыми разнообразными запросами, а суд, в свою очередь — ответами на эти запросы, пусть. Главное, что за женщиной с заплаканными глазами — правда. И справедливость.

Неприятным бывает столкновение с реальностью. Оказывается, в судебном заседании нужно не только плакать (плакать-то как раз не нужно), не только взывать к порядку, но и как-то по пунктам возражать, аргументировать возражения, приводить доводы в поддержку аргументов или против аргументов истца, и — совсем удивительное дело — подкреплять эти доводы доказательствами.

Не занимался, говорите, ребёнком? Где доказательства? Не ходил в детский садик, когда сын был там? Может быть, но вот есть справочка — и там написано, что ходил.

Или, например, распространённое заблуждение мужчин: достаточно «не давать согласия» — и родительских прав никто никогда лишён не будет. Для этого и в суд ходить не стоит: конечно же, справедливый и проницательный судья догадается, что «эта злая мегера» просто не давала годами видеть ребёнка. А я? А я всегда был готов, но никто звал, поэтому я не приходил… В орган опеки обращаться? Зачем, чем они помогут? Какие доказательства того, что я ходил и меня не пускали? Ну, как же, вот, я ходил, и вот, меня не пускали… Следующая стадия: усы, лапы и хвост — вот мои документы?

Всё на свете в суде нужно доказывать. Ничего не бывает зря в этом зале с тётей (дядей) в мантии на постаменте.

И если судья просит вас принести, например, характеристику с места работы в дело по усыновлению, не надо сразу, сгоряча, кричать, что, мол, в списке документов этого документа нет. Надо подумать. Ещё лучше, если подумает кто-то, кто представляет ваши интересы в суде — адвокат. Так мысль может оказаться более продуктивной.

Ведь если судья что-то запрашивает дополнительно, значит ему что-то неясно, во что-то (например, в ваш документ о зарплате) он не очень верит. Всё может быть, и варианты нужно продумать все.

Хотя, конечно, если вы заявитель — что принесли, то и принесли. Не хотите нести больше? Готовы, чтобы суд рассматривал ваше дело по имеющимися в папке материалам? Ваше право. Как и право суда непосредственно запросить вашего работодателя, орган опеки, да кого угодно. Разумеется, не произвольно (скажем сведения о растениях на вашем дачном участке в деле по усыновлению — лишние), но, в целом, интерес суда по делу об усыновлении не ограничен ничем, кроме «интересов ребёнка» — абсолютно «резинового» понятия.

С другой стороны, при сегодняшней загрузке судов, никто из тех, кто в чёрной мантии, не станет специально запрашивать тонну макулатуры ради самой макулатуры. Чаще всего у суда действительно имеются обоснованные вопросы, на которые он хотел бы получить ответы.

И не устану повторять: как в больнице нечего делать без доктора, так и  в суде — нечего делать без адвоката.

Всё более и более «упрощающаяся» судебная процедура требует всё более и более тщательной подготовки, более аккуратного оформления бумаг, скрупулезного  соблюдения сроков, и, в целом, более профессионального подхода.

Older posts
vip escort vip escort vip escort vip escort masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son vip escort
antalya escort escort antalya sex hikaye erotik hikaye porno hikaye ensest hikaye
russian porno