Добро пожаловать или Посторонним вход запрещен (УСЗН Ломоносовского района)

В продолжении ко вчерашнему крику души. Я правда не понимаю, почему чиновники вдруг решили, что они — какое-никакое — начальство? На каком основании весь этот визг, незаконные требования и упорство в идиотизме? Почему, скажите мне, этот весь праздник мы должны с вами оплачивать?

Ситуация довольно проста: человек (назовем его, например, Сергей) перестал быть опекуном, добровольно, по своим причинам. У него, конечно, остались на руках документы подопечного, паспорт, справки всякие, полис медицинский…

УСЗН Ломоносовского района города Москвы издает распоряжение о том, что опекун освобождается от обязанностей опекуна. В течение трех дней это постановление должно быть направлено бывшему опекуну… Когда тот его получил — есть три дня на то, чтобы сдать отчёт. Это — по закону (ст. 30 ФЗ «Об опеке и попечительстве»).

Отчет подготовлен, принесен в орган опеки. Что отвечают? Нет, мы его не примем. Почему? Потому, что вы не приложили к отчету сберегательные книжки. Простите, какие сберегательные книжки? Разве они прилагаются к отчету опекуна? Разве это есть в законе? Нет. Но — требуем. Хорошо, говорит опекун, вот вам отчет, как есть, примите, а потом, если что-то не так — давайте письменный ответ, что не так. Нет, отчет вы должны сдавать (почему-то) новому назначенному опекуну и обязательно в его присутствии! Это вот всё говорит сотрудник органа опеки…

Ну, ладно, отчет отправили по почте, если уж не хотите в руки брать.

Дальше —  больше. Орган опеки пишет бывшему опекуну письмо (нам показали копию, а оригинал так по почте и не дошел. Отправляли ли?), мол, принесите документы, назначает дату и время (рабочее, разумеется).

Через пять дней орган опеки пишет заявление в полицию. Фабула такова: мол, в орган опеки обратилась новый опекун (пусть будет Клара Борисовна), которой Сергей не передал документы подопечного (паспорт и т.п., вплоть до почетных грамот и каких-то документов, которые Клара Борисовна предполагает себе в самых смелых фантазиях). К Сергею просят «принять меры». И все это подписывает начальник УСЗН Ломоносовского района Сотскова. По-моему, не читая. Или, не разбираясь…

Сергея вызывают в полицию: мол, что там у вас? Ну, у нас — спор с опекой. А, ну ладно, это не наше дело, — такое резюме у полиции. Кто бы сомневался.

На следующий день после полиции, в рабочее время, мы идём в УСЗН Ломоносовского района с пачкой документов подопечного и сопроводительным письмом от опекуна, мол, примите документы. И тут начинается самое интересное.

Вообще, личные документы подопечного передаются опекуну под расписку органом опеки и попечительства (п. 10 Правил ведения личных дел совершеннолетних недееспособных…», утвержденных постановлением Правительства РФ от 17.11.2010 № 927). Сергей — и это тоже показатель «уровня» органов опеки — никогда никаких документов подопечного под расписку от органов опеки не получал. Следовательно и выполнить требование «передать указанные документы», указанное абзацем ниже,  выполнить не может: нельзя вернуть то, чего не брал.

Но, поскольку документы всё-таки у Сергея — надо всё же вернуть, да? Читаем абзац четвертый этого пункта: «При прекращении опеки или попечительства опекун или попечитель передает указанные документы в орган опеки и попечительства».

Итак, вчера мой помощник со всеми документами пришел в УСЗН Ломоносовского района и попытался их вернуть. Встретили его начальник отдела опеки Хапова и заместитель начальника УСЗН Мажуга. Чудесные тёти, двадцать минут разговоров. Нет, они не кричали, но разговор как-то не пошёл.

Вот, например, Хапова. Принесли документы, вот — к ним письмо, примите, распишитесь и дальше — действуйте, как хотите. Тем более, вы в полицию обратились: вот вам документы. “Это производится в определенном порядке.” — “Статью назовите?” — “Что значит статью? Вы — юрист? Вот, выучите сначала, а потом приходите! Мне некогда с вами разговаривать”.

Ну, хорошо, юрист объясняет: вы же у нас просили документы? Да, просили. Мы принесли — что не так? «Не так» то, что документы надо передавать не в орган опеки, а — почему-то — лично Кларе Борисовне, но в присутствии УСЗН. И потому, надо сначала договориться о встрече, потом прийти, потом составить опись, передать… А опека… Опека: «Я ничего не хочу принимать!»

Потом — длинные разговоры про то, что законы должен читать юрист («Вы — юрист? Вы и читайте!»), на грани фола междометия про «у нас есть охрана?», мол, выводить пора, и всякое «Вам не жалко своего времени, что вы тратите его впустую. Вы уходите ни с чем…» (это уже Мажуга).

Результат? Орган опеки и попечительства города Москвы, его территориальное подразделение — УСЗН Ломоносовского района «воюет» с гражданином. Пишет заявления в полицию, документы не принимает, тянет, волынит и придумывает условия.

Ларчик, по моему мнению, открывается просто: ни Ольга Александровна Мажуга, зам. начальника УСЗН, ни начальник отдела опеки Елена Павловна Хапова просто ни в зуб ногой в законодательстве об опеке. Не читали. Не знают. Что-то слышали — и это мужественно применяют в жизни.

То есть орган опеки, как считает О. А. Мажуга, не должен хранить документы подопечных (вопреки постановлению Правительства — но они, видимо, не читали), «ни в одном законе не написано, что документы подопечного орган опеки должен принять», а Е. П. Хапова уверена, что передача документов в орган опеки должна проходить по какой-то придуманной ей на ходу «процедуре» (хотя, ничего подобного про это ни в законе, ни в подзаконном акте, нет).

Основной смысл разговора этих дам: орган опеки ничего у вас принимать не хочет, не будет, нам эти документы не нужны, пусть новый опекун забирает («Не органу опеки, однозначно! Я не собираюсь нести ответственности!»)… Сотрудники органа опеки как-то странно понимают свои обязанности: я — не я, хата не моя.

На мой взгляд, оба этих чиновника не соответствуют тем должностям, которые занимают. И мне лично жаль тех денег, которые тратит бюджет на их содержание. Уволить надо, за профнепригодность. Ну, а уж то, КАК они разговаривают с людьми, которые к ним приходят — это отдельное удовольствие…

Что в итоге? Сегодня (впервые в истории Департамента социальной защиты населения города Москвы) мы сдали документы подопечного непосредственно в центральный аппарат департамента. Конечно, с жалобой.  Посмотрим, хватит ли мощи у городской структуры это всё «переварить». Начальник УСЗН г-жа Сотскова, увы, вероятно, не справляется.

Я расскажу, чем дело продолжится.

PS: Кстати, УСЗН Ломоносовского района, как мне подсказывают, не только в этой истории засветился. Пишите, граждане, давайте вместе призывать этих неграмотных к ответственности. Получилось же, например, остановить хамьё в Лефортове.

PPS: Вот еще несколько. Прекрасного. «Вот вы мне напишИте, «рассмотрите вопрос о приеме таких-то документов», а я вам отвечу…»
«Я просто руководитель органа опеки — и вы мне даёте персональные данные недееспособного! (с возмущением)»
«Мы не отказываемся решить вопрос. Мы не отказываемся принимать документы! Но вы их не туда принесли, не тому…»

Песня…

bahissenin tipobet betmatik
perabet makrobet
onwin