Наглядно

Я сегодня оконфузился. Давал интервью и… пустил слезу. Интервью, конечно, про «закон подлости», и, понятно, что я про него говорил, но слеза не от этого.

А история вот какая.

В маленьком городке (в Англии) был «социальный дом», где жили, под присмотром сиделок, шестеро… замялся, как написать… В российской традиции — умственно отсталых, «дебилов», в общем, таких, ну не совсем безнадёжных, но рядом. В России они себе сами попу не подтирают… А там — живут. Обучены (насколько это можно) говорить, выражать свои желания, самым элементарным навыкам — тоже обучены. А в остальном — слюна до пола. «Лёнинг дизабилити», необучаемые…

И жил этот самый, например, Джон. Как это часто бывает у таких «ребят», вся его жизнь была строго ритуализирована. В субботу он с сиделкой ходил в местную закусочную, где подавали всегда оно и то же, с одним и тем же соусом, и все, кто в этом маленьком городке ходил по субботам в закусочную, разумеется, знали Джона, улыбались ему и здоровались. Джон улыбался в ответ и очень радовался, когда ему улыбались тоже.

А в рабочий день (например, во вторник) он — сам уже, без сиделки, которая помогала ему одеваться и отпускала в одно и то же время на улицу, «погулять» — ходил известным и пройденным сто раз маршрутом в супермаркет, где покупал одни и те же шоколадки. И тоже всем улыбался. И кассиры его знали, и работники супермаркета всегда клали его любимые шоколадки на одно и то же месте, чтобы Джон их всегда находил.

Джон не говорил, он только мог мотать головой, мычать и улыбаться. И ему приходилось часто улыбаться, потому, что весь мир улыбался ему в ответ.

И однажды улыбающаяся фотография Джона появилась на первой полосе местной газеты… Да-да, со смешными раскоряченными зубами и слюнкой из уголка рта, и, конечно, улыбающаяся! Фотография героя.

Джон в «свой» вторник просто шёл за шоколадкой в супермаркет. По дорожке, где днём в  рабочий день никого не было. Совершенно никого. Весна, солнышко, 12-ть дня, берег канала, ветерок… Джон просто шёл. И услышал, как из воды кто-то кричит о помощи. Вокруг — никого, совершенно никого, только Джон… Дебил, умственно отсталый, тот, который задницу не может подтереть… Разумеется, Джон не умел плавать, он вообще вряд ли понял, что происходит. Он понял ровно одно — кому-то плохо.

И Джон (хотя это ему строжайше было запрещено) вышел на дорогу, на проезжую часть. Просто встал… И машина, которая ехала по дороге — остановилась, водитель выглянул, услышал зов о помощи… И человека — спасли.

И потом фотография Джона оказалась на первой полосе в газете, и в закусочной по субботам к нему теперь подходят и улыбаются совершенно незнакомые раньше люди… И говорят, молодец, Джон, спасибо, Джон…

Так — наглядно? Так понятнее, зачем нам нужны «инвалиды»?

Нет на свете лишних людей. Ни одного…