Антон Жаров, адвокат, руководитель Команды адвоката Жарова, специалист по семейному и ювенальному (детскому) праву

При расторжении брака родителей, имеющих несовершеннолетних детей, обязательна судебная процедура. И один из вопросов на которые должен ответить в решении судья, это вопрос, с кем после развода будут жить дети. Если спора по этому вопросу нет, то в решение суда, скорее всего, так и перекочует: «спора о месте жительства ребёнка нет». Или могут добавить: «Ребёнок живёт с матерью», или как-то подобным образом.

С 2015 года мировые судьи не обязаны выносить полное, мотивированное решение суда, и могут ограничиться лишь вынесением резулятивной части решения. Тогда и этого факта в решении суда отражено не будет, будет просто написано само решение: брак расторгнуть.

Таким образом, при расторжении брака, если спор о месте жительства ребёнка не был заявлен, то, даже если этот факт (ребёнок живёт с одним из родителей) отражён в решении суда, тем не менее, никакой юридической силы установление этого факта для дальнейшей жизни не несёт.

Если между родителями брака и не было, то вообще нигде не будет зафиксировано, где и как живёт ребёнок после расставания родителей.

Родители могут заключить между собой соглашение о месте жительства ребёнка (и, возможно, о порядке осуществления отдельно проживающим родителем, своих прав и обязанностей).

Два слова о форме такого договора. Для соглашения о месте жительства ребёнка законодатель не предусматривает какой-то обязательной формы. Это значит, что оно, теоретически, может быть и устным. Но нужно понимать, что без какой-то фиксации этого соглашения на бумаге, или в какой-то другой материальной форме, оспорить наличие такого соглашения можно просто высказавшись о том, что его, мол, не было. Или его условия могли быть другими. Поэтому, довольно странно слышать от некоторых родителей в таком случае, что они, мол, «устно договорились». Да, это прекрасно, но такое соглашение прекрасно действует до того момента, пока оно всех устраивает, и немедленно пропадает, как только находится сторона, которую прежний порядок перестаёт устраивать. Поэтому, я рекомендую заключать соглашения о месте жительства ребёнка всё-таки в письменной форме. Можно, но не обязательно, нотариально заверенной.

Соглашение о порядке осуществления родительских прав родителя, проживающего отдельно, может быть только письменным (в том числе и нотариальным). Достаточно описать порядок участия отдельно проживающего отца в жизни ребёнка, подписать обоим родителям — и это уже документ. Не стоит тащить никого к нотариусу, достаточно это сделать дома. Нотариус, разумеется, изложит этот документа в более юридически грамотном виде, с учётом «птичьего языка» юристов. Но если между вами нет недопонимания, что такое «мать передаёт сына отцу у него дома по чётным неделям в понедельник и среду после школы» (у кого дома? у сына? у отца? чётные в году? в месяце? после какой школы? а после музыкальной?), можете писать это на бумаге, и спокойно исполнять, не привлекая нотариуса. В суде такой документ также будет принят и рассмотрен. Переживаете? Идите к нотариусу.

Соглашение об уплате алиментов может быть только заверенным нотариально. Все обещания на бумаге или без неё — юридически ничтожны, потому, что нотариальная форма такого соглашения предусмотрена законом.

Но возвращаемся к вопросу об определении места жительства с одним из родителей. Итак, у вас есть соглашение о том, где будет жить ребёнок, и оно, будем надеяться, письменное.

При таких обстоятельствах вы, как родитель проживающий с ребёнком, минимально защищены от произвола со стороны другого родителя. Произвола, прежде всего, заключающегося в том, что второй родитель может, в принципе, в любое время забрать ребёнка жить к себе и не исполнять это соглашение, даже, если оно есть.

В таком случае, а также, если никакого соглашения о месте жительства у вас нет, вам придётся действовать через суд.

Если соглашение у вас есть, но оно не соблюдается (ребёнка забрали вопреки нему), то необходимо подать иск о передаче ребёнка. Если соглашения нет, помимо иска о передаче ребёнка нужно ещё и определить его, ребёнка, место жительства с тем родителем, который на это претендует.

Даже если в настоящий момент спора об этом нет никакого, я всё же рекомендую определять место жительства ребёнка с кем-то из родителей, через суд. Почему?

Родитель, проживающий отдельно от ребёнка имеет не все родительские права, а лишь: право на общение с ребёнком, право на участие в его воспитании, и решение вопросов получения ребёнком образования (разумеется, последние два — с участием «первого» родителя). Ни права «забрать ребёнка когда хочу», ни права требовать, чтобы первый родитель никуда не переезжал, или «согласовывать няню» — ничего подобного в законе нет.

Это может быть прописано в соглашении о порядке осуществления родительских прав родителем, проживающим отдельно, а может и не быть прописано, и тогда — ничем не защищается. Законом, во всяком случае.

Поэтому, родитель, с которым определено место жительства ребёнка, в сущности, определяет жизнь этого ребёнка, «делясь» с другим родителем лишь частью прав. В европейском праве это называется «правом полной опеки над ребёнком», или подобным термином, и означает, что «первый» родитель, в сущности, несёт за ребёнка всю ответственность, а «другой» родитель — обязан содержать ребёнка (в своей части, алиментами), и имеет право с ним видеться.

Это не столь часто распространённая в мире юридическая конструкция, всё-таки чаще «родительская опека» бывает распределённой между родителями. В США не редкость решения суда, когда ребёнок живёт неделю с мамой, неделю — с папой. В России, конечно, такие решения — эксклюзив. Скажем прямо, за 15 лет практики о таких только слышал, но даже и не читал.

Но, определяя место жительства с одним из родителей в России, мы, таким образом, в сущности, наделяем его правами «почти полной опеки» над ребёнком, позволяем лишь советоваться, в сущности, со вторым родителем, о жизни ребёнка. Это, конечно, не лишение родительских прав, но, в сущности, серьёзная их регламентация и «упорядочивание» (чтобы не сказать, ограничение).

Второй важный момент заключается в том, что именно родитель, место жительство с которым определено судом может требовать возврата ребёнка себе, в первую очередь, из-за границы, в первую очередь, из стран, с которыми у нас на взаимной основе действует Конвенция о похищении детей.

Широко распространена также практика принудительного исполнения решения суда об определении места жительства детей с одним из родителей, даже если в этом решении нет прямого указания (хотя именно этого требует Верховный суд от нижестоящих судов: прямо писать «передать ребёнка») на необходимость отобрания ребёнка у одного из родителей и передаче другому. В подобных случаях судебные приставы или обязывают родителя «передать» ребёнка, или обращаются в суд за разъяснением исполнительного документа, и суды достаточно часто «разъясняют», что определение места жительства ребёнка — это отобрать от одного родителя, и передать в дом другого.

Во всяком случае, эти процедуры значительно быстрее, чем «новый» иск о месте жительства ребёнка и его передаче.

Вышесказанное также относится и к случаям, когда место жительства ребёнка определено до вступления в силу решения суда по рассматриваемому иску путём принятия определения суда об обеспечительных мерах, или на стадии предварительного судебного заседания.

04.06.2015 (обновлено 18.06.2016)