Антон Жаров, адвокат, специалист по семейному и ювенальному праву, руководитель «Команды адвоката Жарова»

Абзацем четвёртым пункта третьего статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации и корреспондирующей ему  нормой части шестой прим статьи 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено право суда определить место жительства детей на период до вступления решения суда в законную силу в случае, если спор об этом рассматривается в суде.

Норма, появившаяся в законодательстве с 17 мая 2011 года была принята в развитие общей тенденции изменения семейного законодательства в пользу большей ответственности родителей (перед детьми, прежде всего) за принимаемые ими решения, и, в сущности, транслирует принципы, также заложенные в Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей (1980) и в Конвенции о юрисдикции, применимом праве, признании, исполнении и сотрудничестве в отношении родительской ответственности и мер по защите детей (1996). В обоих документах применяется термин «незаконного перемещения» детей из одной страны в другую и последовательно высказывается намерение, прежде всего, до разрешения всех остальных вопросов, вернуть ребёнка в привычное ему место проживания.

Закон и в других вопросах исходит из необходимости, какие бы катаклизмы не происходили в семье, обеспечить ребенку максимально возможное сохранение той обстановки, которая существовала до начала конфликта, и тем облегчить его состояние, подверженное, разумеется, значимой деформации в связи с конфликтом родителей или иной семейной проблемой. Можно привести как пример требования сохранить для усыновляемого ребенка «преемственность в воспитании» (абзац 3 п. 1 ст. 123 СК РФ), преимущественное право родственников на усыновление (п. 3 ст.127 СК РФ), бабушек, дедушек, родных братьев и сестёр — на опеку несовершеннолетнего (ч. 5 ст. 10 Федерального закона «Об опеке и попечительстве»), необходимость сохранения ребенку сложившегося уровня достатка (п. 2 ст. 83 СК РФ) и другие.

Следующим шагом в развитие этой тенденции стало принятие нормы, обеспечивающей, во всяком случае до рассмотрения дела судом целиком и его возможной проверки апелляционной инстанцией, сохранение той семейной и бытовой среды для ребенка, о котором имеется родительских спор.

Однако, законодатель поместил указанную норму в статью 152 ГК РФ «Предварительное судебное заседание», чем заметно сузил возможность её применения на практике.

Действительно, столкнувшись, например, с тем, что мать неожиданно собрала детей и переехала вместе с ними из дома, в котором длительное время проживала вся семья целиком, в том числе очевидно привыкшие к своему дому дети, в какое-то новое жильё, второй родитель может обратиться в суд с иском о месте жительства детей (разумеется, с собой) и просить в предварительном судебном заседании определить, что дети будут проживать в период рассмотрения дела, в привычном им доме, а не туда, куда были срочно перемещены.

В силу требований закона, суд рассмотрит это требование, получив заключение органа опеки и, найдя обоснованным эти требования, может их удовлетворить, издав соответствующее определение.

Однако, наличие позволяющей это сделать нормы лишь в статье ГПК «Предварительное судебное заседание» создаёт ряд проблем.

Автор полагает (и, к счастью, в этом направлении движется и судебная практика), что принятие, до рассмотрения дела по существу, судебного постановления, определяющего место жительства детей, вокруг места жительства которых и ведётся спор, имеет схожую правовую природу с мерами по обеспечению иска (глава 13 ГПК РФ), поскольку и в том, и в другом случае речь идёт о предупреждении непоправимых последствий, делающих невозможным или затруднительным исполнение решения суда. В случае, если речь идёт о неправомерном перемещении детей из их привычной жизненной обстановки в другую, новую, требующую усилий по адаптации, дети могут получить в связи с этим как определенный психологический урон. Возможна и ситуация, что, в силу длительности рассмотрения дела и применении определенных усилий недобросовестным родителем, обратное перемещение ребенка, если соответствующее решение будет принято судом, может вызвать трудности, например, возражения ребёнка. Поэтому, принятие определения об определении места жительства детей на период до вступления решения суда в законную силу носит черты обеспечения иска, и должно исполняться по тем же правилам (ст. 142 ГПК РФ).

В то же время, принятие подобного судебного постановление имеет свои особенности, обусловленные необходимостью соблюдения прав детей, и повышенного внимания к этому вопросу. Так, законодатель установил, что судебное постановление выносится при следующих условиях (часть 61 ст. 152 ГПК РФ):

  • В судебном заседании и с обязательным участием органа опеки и попечительства. При принятии других обеспечительных мер суд разрешает эти вопросы без вызова участников процесса.
  • При наличии положительного заключения органа опеки. Это значит, что возражение органа опеки против такого решения автоматически лишают возможности суд предпринять такого рода меры. Кроме того, заключение органа опеки должно быть надлежащим образом оформлено.
  • С обязательным учетом мнения ребенка. Полагаем, что данное требование надлежит применять с учетом положений ст. 57 СК РФ, то есть непременно обязательным является мнение ребенка, достигшего 10-летнего возраста, и оно не должно учитываться, если противоречит его интересам.

При этом, учитывая буквальное толкование нормы, установленной последним предложением комментируемой части ст. 152 ГПК РФ, суд может как оставить ребенка проживать там, где он проживает в настоящий момент, при рассмотрении вопроса об этом (и это может быть не обязательно дом одного или другого родителя), так и принять решение, определяющее местом жительства на период до вступления в силу решения суда иное, чем в текущий момент, место.

Комментируемые нормы содержатся в статье 152 ГПК РФ «Предварительное судебное заседание», что приводит зачастую к тому, что суды отказываются рассматривать вопрос об определении места жительства детей до вступления решения в силу, если стадия предварительного судебного заседания уже миновала. Кроме того, назначение предварительного судебного заседания не является обязательным и значительное число судов обходится, проводя подготовку к делу, без них.

Как показано выше, принятие судом мер по определению места жительства ребенка до вступления решения суда в силу носит черты принятия мер по обеспечению иска. Поэтому, автор полагает, что принятие подобных мер, как это предусмотрено для любых других случаев применения обеспечения иска (ст. 139 ГПК РФ), должно быть возможно на любой стадии судопроизводства.

В противном случае, это означало бы, что иск, заявленный взрослым дееспособным гражданином, и имеющим предметом материальные блага оказался в большей степени «защищён» от возможного неисполнения, чем принципиальные права ребёнка, не имеющие материального выражения. Особенно очевидным выглядит сравнение разрешения вопроса о месте жительства ребенка до вступления в силу решения суда с предварительными обеспечительными мерами в авторском праве (ст. 1441 ГПК РФ), которые выносятся на основании одного лишь обращения заявителя, ещё до возбуждения, и даже до подачи иска, возможны на основании электронного обращения через сайт суда и принимаются в день поступления заявления об их применении в суд! Вряд ли законодатель не хотел такого же уровня защиты для живых детей и их прав, как для прав авторов телесериалов.

Также, если применение указанного порядка ограничить лишь предварительным судебным заседанием, беззащитными останутся дети, если они были неправомерно перемещены с одного места жительства на другое (или к другому родителю) уже в период рассмотрения дела. Разумеется, на неправомерность или отсутствие учёта интересов детей никак не влияет то, было ли совершено деяние до проведения предварительного судебного заседания или после него.

Действие предусмотренного законодателем механизма защиты детей, предусматривающий сохранение для них привычных условий жизни до разрешения вопроса об их месте жительства по существу, не должно ставиться в зависимость от того, на какой стадии процесса произошло нарушение прав детей. То есть, если дети были перемещены до предварительного судебного заседания — правовая защита есть, если после — отсутствует. При этом аналогичные по сути защитные меры для имущественных (и любых других прав) — обеспечение иска — допускаются во всяком положении дела и для их применения достаточно даже наличия возможности (!) затруднений в исполнении решения суда (ст. 139 ГПК РФ).  Дети, перемещенные из места своей жизни, испытывают страдания и неудобства уже сегодня, и исполнение решения суда, каким бы оно ни было, такое перемещение детей затрудняет.

Исходя из вышеизложенного, учитывая положения части 4 ст. 1 ГПК РФ (применения аналогии закона), автор полагает, что суд вправе принять определение об определении места жительства в любой стадии производства по делу, в том числе и после принятия решения суда первой инстанции, и одновременно с ним, и в любой период до этого момента. При вынесении такого судебного постановления должны быть соблюдены как правила, предусмотренные статьями 139—142, так и правила части 61 ст. 152 ГПК РФ, как наиболее полно учитывающие интересы детей.

Это значит, что заявление об определении места жительства ребенка до вступления в силу решения суда должны быть рассмотрено судом: в судебном заседании, с обязательным участием органа опеки и попечительства, с обязательным учётом мнения ребенка, достигшего возраста 10 лет, с получением положительного заключения органа опеки по этому вопросу.

Учитывая, что определения суда в рамках подготовки к делу принимаются председательствующим единолично и без вызова сторон, и даже без заслушивания их  мнения, видится,что суд вправе, получив заявление об определении места жительства детей до вступления решения суда в силу, предпринять следующее:

  1. Назначить судебное заседание для рассмотрения этого заявления (ссылаясь на ст. 1, по аналогии 139—142 и 152 ГПК), либо рассмотреть его на следующем судебном заседании, учитывая необходимость извещения сторон, а также необходимое для подготовки заключения органа опеки и попечительства время, но оставляя во внимании, что обеспечительные меры по другим категориям дел рассматриваются в сокращённые сроки (в тот же день).
  2. Известить о заседании стороны, обязать орган опеки подготовить заключение по поставленному вопросу. При этом, составление акта обследования условий жизни не является обязательным. Орган опеки и попечительства также может быть обязан установить мнение ребенка по заявленному требованию (оно могло быть установлено органом опеки и ранее).
  3. Провести судебное заседание, в котором разрешить поставленный вопрос. Явка сторон не является обязательной (ст.141 ГПК РФ по аналогии), однако должен присутствовать представитель органа опеки и попечительства.
  4. Учитывая положения ст. 142 ГПК РФ, указанное определение подлежит немедленному исполнению, но может быть обжаловано в течение 15 дней. Для принудительного исполнения определения суда выдаётся исполнительный лист.

Правомерным видится и возможность рассмотрения ходатайства об определении  места жительства детей на период до вступления в силу решения суда, если оно заявлено, в текущем судебном заседании. При этом суд вправе заслушать заключение сотрудника органа опеки и попечительства, если он имеет соответствующие полномочия, в судебном заседании, и установить мнение ребенка из любых достоверных источников (например, ранее данных ребенком показаний, сведений от органа опеки и т.п.)

Полагаю, что механизм определения места жительства детей на период рассмотрения спора в суде требует, разумеется, совершенствования, но в ещё большей степени он требует его масштабного применения в судебной практике на разных стадиях судопроизводства, в том числе и после проведения предварительного судебного заседания. Существующие правовые нормы это позволяют сделать, а интересы детей — заставляют их применять.