Министерство просвещения Российской Федерации

romanovaii@mon.gov.ru

Люсиновская ул., 51, Москва, 117997

от Ленина Владимира Ильича

адрес: Красная площадь, дом 2, Москва, 103265

электронная почта: lelin@budet.zh

 

Предложения к проекту Федерального закона «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам защиты прав детей»

 

Ознакомившись с текстом законопроекта, размещённого на сайте regulation.gov.ru, вношу свои предложения.

  1. Полагаю, что недопустимо введение ограничения для приема детей, оставшихся без попечения родителей, в семью усыновителей или опекунов, связанного с учётной нормой площади жилого помещения. Эта норма должна быть исключена из законопроекта.

1.1. Сама по себе учетная норма площади жилого помещения — это термин жилищного законодательства, связанный с формальным учётом обеспеченности жилым помещением граждан в целях принятия их на учёт в качестве нуждающихся в улучшении жилищных условий. Размер этой нормы может говорить об общем уровне обеспеченности жильём в регионе (муниципальном образовании) и варьируется от региона к региону.

Установление ограничений на основании формально установленного параметра, не имеющего прямого влияния на реальную обеспеченность нужд ребёнка, не может быть признано оправданным.

1.2. Установление жёсткого ограничения «по квадратным метрам» никак не учитывает реально созданных для ребёнка условий проживания. Ребёнку может быть выделена отдельная комната, достаточное место для занятий и игр, при этом взрослые могут проживать и в менее комфортных условиях, кто-то из старших может проживать дома не полную неделю, работать «вахтой» или по факту жить на даче, может быть обустроен для проживания утеплённый балкон или кухня. Сами по себе «квадратные метры» никак не отражают реальных условий, созданных для жизни ребёнка. Однако, установление запрета для приема ребёнка в семью из-за формальной «нехватки» площади жилого помещения делает невозможным прием ребёнка, оставшегося без попечения родителей, по чисто формальным соображениям, без учёта реальной картины и реальных интересов ребёнка.

  1. Я возражаю против введения обязательного психологического (или социально-психологического) обследования кандидатов в опекуны или усыновители и считаю, что нормы об этом должны быть исключены из законопроекта.

2.1. Я полагаю, что предлагаемый авторами законопроекта механизм обследования семей является потенциально коррупционно ёмким. Невозможно установить конкретные критерии или объективные обстоятельства, выявляемые с помощью мнения психолога, которые могли бы с достоверностью свидетельствовать о возможности или невозможности гражданину быть усыновителем или опекуном. Тем более, как следует из законопроекта, ещё до того, как подобран ребёнок, передаваемый в семью. Данные критерии и обстоятельства невозможно проверить никаким образом, следовательно, любое мнение психолога невозможно оспаривать (это же мнение!). При подобных обстоятельствах будет иметь место произвол привлекаемых к обследованию специалистов, без какого-либо контроля и ответственности (в отличие от сотрудников органов опеки, психологи не являются ни государственными, ни муниципальными служащими).

2.2. Я считаю, что введение обязательного социально-психологического обследования приведёт к значительной нагрузке на бюджеты регионов. При таком количестве передаваемых в семьи детей (десятки тысяч в год) потребуется целая армия психологов, которых до этого необходимо, как минимум, обучить. Есть большие сомнения, что большинство регионов имеет сегодня ресурсы для столь масштабных обследований.

В противном случае обследование рискует превратится в профанацию.

2.3. Я считаю, что введение социально-психологического обследования приведёт к образованию неравенства между гражданами, проживающими в различных регионах.

Действительно, невозможно рассчитывать, что объём трат, профессиональная подготовка, независимость (важное качество для психолога!), опыт и прочие факторы в Москве и, например, Республике Тыва будут идентичны. Таким образом, граждане будут подвергаться разной степени «обследования» в зависимости от региона проживания. Учитывая, что социально-психологическое обследование, будучи обязательным, имеет характер определённого принуждения (если не сказать насилия) по отношению к кандидатам в опекуны или усыновители, такие различия могут привести к несправедливости.

2.4. Сам по себе тезис о том, что в результате какого-либо психологического обследования можно сделать вывод о том, каким — «хорошим» или «плохим» — усыновителем или опекуном будет тот или иной гражданин — не находит подтверждение в науке. Нет никаких подтверждённых научных исследований, доказывающих, что те или иные качества личности, проявленные сегодня, неизбежно или даже с какой-то долей вероятности приведут к удачному или неудачному приёму ребёнка, оставшегося без попечения родителей, в семью. Человек меняется, и тот, кто сегодня был «годен», завтра может оказаться не готов воспитывать ребёнка, а тот, за кого решили, что он «не годен», напротив — станет прекрасным родителем.

  1. Введение предварительного разрешения органов опеки для опекунов на смену места жительства — недопустимо и носит характер прямого ограничения прав гражданина. Я предлагаю изъять эту норму из законопроекта.

3.1. При передаче ребёнка в семью опекуна государство, оставляя за собой возможность практически неограниченного контроля за условиями жизни ребёнка, тем не менее, не должно вмешиваться в семейную жизнь граждан лишь на том основании, что в их семье воспитывается подопечный.

Гражданин, предоставивший ребёнку, оставшемуся без попечения родителей, свой дом и ресурсы своей семьи, не должен быть «наказан» за это ограничением своих прав.

Право на свободу передвижения и выбор места жительства — одно из фундаментальных прав человека, установленных главой второй Конституции России. В соответствии с частью 1 ст. 27 Конституции РФ, каждый, кто законно находится на территории Российской Федерации, имеет право свободно передвигаться, выбирать место пребывания и жительства.

Это право безусловно распространяется на членов семьи опекуна, и на самого опекуна. Введение каких-либо разрешительных процедур для изменения его места жительства — нарушает Основной закон страны.

При этом опекун — законный представитель подопечного, и, в силу положения ст. 20 Гражданского кодекса РФ, местом жительства подопечного является место жительства опекуна.

В силу вышесказанного, опекун вправе изменить место жительства без каких-либо разрешений. И следом автоматически будет изменено место жительства подопечного.

При этом существующий порядок защиты прав подопечного, заключающийся в том, что орган опеки и попечительства в течение трёх дней после изменения места жительства подопечного проверяет условия его жизни, позволяет своевременно выявить условия, угрожающие подопечному.

3.2. Предлагаемый законопроектом механизм (обследование органа опеки по предполагаемому месту жительства и затем — неясным пока образом — выдача разрешения на изменение места жительства) коррупционно ёмкий, поскольку невозможно разработать формальные, измеримые критерии «годности» нового места жительства.

3.3. Кроме того, такой механизм открывает возможности для произвола (с приданием ему видимости законности) органов опеки «популярных» регионов (прежде всего Москвы, Московской области, Краснодарского края), которые и сегодня (незаконно) фактически препятствуют переезду на территории своих субъектов опекунских семей.

  1. Введение обязательного «сопровождения» семей, принявших на воспитание детей, оставшихся без попечения родителей — нарушает права граждан и требование о его обязательности должно быть из законопроекта исключено.

4.1. «Сопровождение», то есть, в терминах законопроекта, «деятельность… осуществляемая в целях профилактики и предотвращения отказа от воспитания детей… а также содействия полноценному развитию, благополучию и успешной социализации детей… посредством оказания консультативной, психологической, педагогической, медицинской, юридической, социальной помощи… детям… а также гражданам, принявшим на воспитание детей…» невозможно в случае, если получатель такой помощи не будет её принимать. Это, в свою очередь, ставит вопрос о возможности т.н. «сопровождения» в обязательном, принудительном порядке.

Полагаю, что эффективность такой помощи будет невелика, по сути, бессмысленна.

4.2. Учитывая, что порядок оказания такого «сопровождения» будет установлен субъектами федерации, и за счёт их бюджетов также будет реализовываться, неизбежен значительный «перекос» в оказании сопровождения в зависимости от региона проживания. Учитывая, что обязательное «сопровождение» носит принудительный характер, это позволяет говорить о том, что в разных регионах права и свободы опекуна и его семьи будут ограничены в разной степени.

4.3. В законопроекте отсутствует указание на то, что гражданин вправе потребовать, чтобы ему (и его подопечному) была оказана помощь (в рамках «сопровождения»), а лишь предусмотрена обязанность опекуна использовать это «сопровождение» при выполнении своих обязанностей, не установлено, кто конкретно обязан эту помощь предоставить, если она требуется.

Прошу рассмотреть мои замечания и письменно проинформировать о результатах рассмотрения моих замечаний.

 

(подпись)

Ленин В. И.

(тот же текст — в формате ворда).