Н-ри и Д-в в браке не состояли. Более того, Д-в состоял в другом браке. Но случилось так, что Н-ри родила замечательного малыша, но Д-в, со скрипом, но признав ребёнка, отказался как-либо участвовать в его жизни…

Дело дошло до суда. И лишь подав все документы Н-ри пришла ко мне с вопросом: что делать. Д-в, служащий федерального ведомства, большую часть доходов получал от «левых» заработков и, очевидно, не собирался платить алименты  с них. А заработная плата федерального чиновника слишком мала, чтобы алименты с неё могли кого-то прокормить.

Н-ри — очень деятельная дама и, получив консультацию, готова была сделать всё сама. Лишь на судебное заседание она просила прийти с ней.

В суде интересы Д-ва представляла адвокат, только что вышедшая «из декрета». Можно было ждать от неё понимание к такой же только что разрешившейся от беременности товарке, но… Сразу взяв быка за рога, она представила суду алиментное соглашение Д-ва с законной супругой на содержание их ребёнка. Соответственно, сразу же с 25% до 16,5% падала доля доходов, которая бы выплачивалась в виде алиментов на ребёнка Н-ри.

Мы не остались в долгу: мировой судья выписал запросы на представление информации о доходах со всех мест работы Д-ва, где тот, будучи федеральным госслужащим, в нарушение закона, подрабатывал. Очевидно, что информация об этом серьёзно бы повредила Д-ву.

— Договаривайтесь! Сейчас самое время, — уговаривал я Н-ри.

И они договорились. Н-ри  и Д-в сумели забыть какие-то обиды и всё-таки найти силы встретиться между собой без адвокатов и посредников. Не знаю,  как это происходило, но на следующем судебном заседании Н-ри от иска отказалась, а Д-в до сих пор держит своё слово и материально поддерживает своего сына, общается с ним, навещает, гуляет, дарит подарки. В общем, конечно, в значительной степени «воскресный», но всё-таки папа.

К слову, Н-ри может обратиться с иском об алиментах в любое время. Но не делает этого. И не сделает, если два человека смогут выдержать между собой цивилизованные и человеческие отношения.