Библиотека адвоката Жарова

То, что юрист по семейному и детскому (ювенальному) праву собирал много лет

Page 2 of 36

Ну почему на всё хорошее выделяются деньги только по первому снегу?

Это будет интересно, наверное, не только специалистам НКО, но и потенциальным слушателям ШПР.  Департамент труда и социальной защиты населения Москвы провёл тут конкурс по определению организации, которая должна будет готовить потенциальных приёмных родителей в Школе приёмных родителей. К сожалению, как обычно, такой конкурс традиционно проводится поздней осенью, чтобы занятия в ШПР начинались в ноябре, а заканчивались зимой (если брать нынешний конкурс — 21 декабря). Это, конечно, не радует, торопиться в таких вопросах не надо… Но, по крайней мере, в рамках госзадания НКО, занимающиеся подготовкой потенциальных усыновителей, опекунов и приёмных родителей, могут делать это не за деньги, как, например, БФ «Семья», не за спонсорскую помощь, как наша ШПР ИСППП или ШПР в ИРСУ, и оставаться при этом бесплатными.

В этот раз конкурс выиграл Московский центр непрерывного образования взрослых (МЦНОВ). Поздравляем.  Конечно, весь объём госзадания МЦНОВ не охватит, т.е. им придётся привлечь нескольких субподрядчиков (других, более мелких НКО), чтобы успеть за два неполных месяца подготовить 135 человек, желающих принять в семью детей.

К сожалению, ко всей этой истории есть вопросы. И я их, всё-таки, задам.

При рассмотрении конкурсной документации обратим внимание на техническое задание. К нему вопросов нет: что государство «закупить» хочет, то и хочет. Это его, государства, личное дело. Вопрос в том, как это «хотение» можно исполнить, и возможно ли воплотить в реальности. А тут есть некоторые нестыковки.

Во-первых, мало кто обращает внимание, а это важно, что данное задание дано на подготовку не вообще всех потенциальных замещающих родителей, а только, цитирую, «желающих принять в семью ребёнка-инвалида и/или ребёнка подросткового возраста». Причём, в соответствии с дополнительной программой подготовки, утверждённой приказом ДТСЗН (помимо основной программы). То есть, если вы не планируете брать в семью ребёнка с серьёзными нарушениями здоровья (вроде синдрома Дауна, сифилиса или  проблем с  опорно-двигательным аппаратом) или подростка (хорошо объединили так, а? По-моему, это тотально разные категории. И если вы вчитаетесь в программу, про подростков там чуть-чуть), то всё это обучение должно пройти мимо вас. Это именно  дополнительные курсы для тех, кто берёт детей «сложных», а не для всех подряд. Обратите на это внимание, прежде всего потенциальные слушатели ШПР. Дело не в лишних знаниях (лишними знания не бывают), а в том, что не надо занимать место тех, кто действительно решился принять в семью серьёзно нездорового ребёнка, ведь таких мест на Москву всего 135.

Во-вторых,  на любое обучение выделено ровно 48 дней, это 7 недель без одного дня. За этот период слушателям должны прочитать/провести не менее 60 (астрономических!) часов лекций, семинаров, индивидуальных консультаций. То есть, в неделю получается 8,5 часов, как минимум, два раза по пол-дня. А если по 2 часа (в рабочий день больше не воткнёшь), то заниматься придётся практически каждый рабочий день.

Это нереальный темп. Вот просто нереальный. Либо с ума сойдут слушатели, либо преподаватели, либо и те, и другие. Либо гладко будет на бумаге, а как в реальности — неизвестно.

Дальше. Сумма часов программ обязательной и дополнительной, согласно приказу 567, составляет 56+42=98  академических часов. То есть,  умножив 98 на 45 минут академчаса мы получим… 4410 минут или 73 часа и ещё полчаса. Так, а в техзадании — 60… Странно, что эти цифры не бьются. Потому что невозможно выполнить техзадание (в котором программа должна соответствовать приказу 567), не прочитав 73,5 часа. А ТЗ почему-то просит «не менее 60». Почему не 73?

Чуть-чуть про формальности. По ТЗ не менее чем за 14 дней на сайте usynovi-moskva.ru должна быть размещена информация о группах, подготавливаемых в рамках данного госконтракта. Однако, если мы внимательно посмотрим на сайт usynovi-moskva, то обнаружим, что на странице МЦНОВ размещены какие-то группы, которые начинают занятия 4, 11, 18 ноября, и которые, по срокам, попадают под этот госконтракт. В них суммарно 75 мест.

Хочется обратить внимание на некоторые моменты. Во-первых, по ТЗ слушателей должно быть 135, и группы «не более 15 человек», то есть сам МЦНОВ госконтракт не выполнит, будут субподрядчики. Во-вторых, на сайте usynovi-moskva.ru нигде не написано, что это «спецгруппы» для тех, кто берёт подростков «и/или» детей со сложными особенностями.  В-третьих, если посмотреть на сайт БФ «СЕМЬЯ», который, насколько мне известно, субподрядчик МЦНОВ по этому контракту, никакой информации он ни на своём сайте, ни на сайте usynovi-moskva.ru пока не разместил. А это значит, что группу они начать смогут только минимум через 14  дней. А её надо не только собрать, но и провести…

Я категорически не верю, что за эти дни МЦНОВ наберёт 135 человек, желающих принять в семью инвалидов и подростков, и что это сделает БФ «СЕМЬЯ» или другие субподрядчики. Ну, невероятно это.

Ну, и вишенка на торт. Мне кажется, до этого места никто просто не дочитал. Любуйтесь.

 

Перевожу на русский. К каждому из этих 135 счастливцев (там из текста ниже понятно, что это не могут быть «другие 135 счастливцев») домой придёт, минимум на 2,5 часа, комиссия (потому что по правилам, утверждённым Департаментом, это делается комиссионно — минимум два человека). Из которых один точно будет психологом, и проведёт (минимум за 2,5 часа, но если говорить по-честному, 2,5 часа вам не хватит…) тестирование по 8 (!) методикам. По результатам которых вам напишут и, конечно, выдадут заключение. А третий экземпляр этого заключения (второй ляжет «в дела» МЦНОВа), в строгом соответствии с установленным порядком, должны отправить… в орган опеки. По вашему месту жительства.

Мне почему-то искренне кажется, что всю прелесть этого пункта техзадания никто из участников конкурса не оценил.

Я только надеюсь, что до него дочитают слушатели. И оценят.

Обратите внимание, на что вы подписываетесь…

 

Фаза на ноль

В Российской Федерации предусмотрено обсуждение общественностью внесённых законопроектов. И обсуждение это происходит, как правило, на базе Общественной палаты — целиком совещательного органа, призванного компенсировать наш «не место для дискуссий» парламент. Компенсирует как умеет.

Сегодня, 30 октября, в Facebookе Елена Альшанская кидает клич: все на обсуждение законопроекта, кто тут есть специалист в подростках с девиантным поведением? Из нескольких откликнувшихся профи (например, Людмила Тропина, да и ваш покорный слуга) завтрашний день, 31-е, расписан у всех. И, значит, никто из тех, кто мог бы сказать что-то по существу, на эти «нулевые слушания» не придёт.

Ну, хорошо, может, так и задумано.

Лезем на сайт (желающие могут тоже), обнаруживаем текст законопроекта и «пояснительную записку». Ну, хорошо. Читаем.

Пояснительная записка — от другого законопроекта. Ну, вот, просто — от какого-то другого.То есть, понять в трёх страницах, для чего этот закон предлагается принять, нам сегодня не суждено, придётся читать текст целиком.

Можете не тратить время. Весь законопроект — это редакторские правки и приведение в порядок терминологии, чтобы она в Федеральном законе «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних» соответствовала новым терминам, новым названиям органов. Ни одного содержательного изменения. Я дважды прочёл — не нашёл ни одного. Изменения вроде «меры административного взыскания» заменить словами «мер административной ответственности»…

Добавлено лишь положение, позволяющее комиссии по делам несовершеннолетних провести «разъяснительную работу» (так и написано!) с несовершеннолетним о недопустимости антиобщественного поведения. Из какого нафталина вылезла эта «разъяснительная работа»? И кому понадобилось узаконивать чтение нотаций подростку? Словно до этого  момента члены КДН чувствовали острое неудобство, стыдя очередного оболдуя, выставленного перед ними…

И вот это нужно обсуждать в Общественной палате, в пожарном порядке собирая «на завтра» спецов, которых — единицы на страну, и которых можно было и по телефону позвать. Ну-ну.

Закон, запретивший усыновление в США, не обсуждали вовсе, например. А тут, смотрите, граждане, общественное обсуждение исправления помарок — на все сто.

Противно. Опять энтузиазм в гудок выходит… В «пфек» какой-то.

Где реальные изменения?

И снова про «родственную опеку»

Те, кто учился в Школе приёмных родителей, или те, кто родился юристом, или те, кто доставил себе труд прочитать хотя бы выдержки из Семейного кодекса и из Закона об опеке, знают, что в России  и так уже есть безусловный приоритет родственников при усыновлении и совсем близких родственников (бабушек-дедушек, родных братьев-сестёр) при установлении опеки или попечительства.

Но нет… Опять (КМБУ, сенатором Мизулиной) предлагается ещё больше «ородственнить» опеку. Если  издание «КП» правильно изложило мысль сенатора, предлагается считать, что в отсутствие родителей бабушки и дедушки будут «автоматически» являться опекунами или попечителями внуков.

Вот зачем она это говорит? Чтобы сделать приятное бабушкам?

Нигде, никогда и никто не должен становиться опекуном «автоматически», кроме собственно органа опеки и попечительства. Почему?

Поясняю. Это только в кино и в голове у сенаторов всё происходит таким прекрасным образом, что дети, у которых как-то пропали родители, тут же волшебным образом оказываются рядом с любящими бабушками и дедушками. На самом деле нет. На самом деле, где они только ни оказываются: и  в больнице, и на вокзале, и у странных маминых сожителей-собутыльников… Где угодно. А в этот самый момент ничего не подозревающая мать разведённого с матерью отца ребёнка (бабушка) становится опекуном? Или как они себе это представляют?

Ну, ок, ок. Мама ушла в запой, ребёнок ушёл к бабушке. Бабушка внезапно стала опекуном, со всеми вытекающими. Например, ответственностью за ребёнка. А также с определёнными правами, например, приводить и забирать ребёнка из детского сада. На основании какого документа бабушка должна приводить и забирать ребёнка? Кто ей поверит на слово, что она «автоматический опекун», и что именно будет предъявлять детский сад, если, не дай бог, что-то с ребёнком случится и начнётся разбирательство, кому же они отдали ребёнка?

Ладно, пусть всё будет прекрасно, и бабушка всё-таки стала «автоматическим опекуном», хорошо. Кто и как узнает, что она им стала, и как этого «автоматического опекуна» будет проверять орган опеки?  А выплаты с какого момента назначать?

Продолжим историю: мама вернулась из запоя, приходит, а тут — опаньки! — у ребёнка уже есть «автоматический опекун» — бабуля. Как бабуля «вернёт» возвратившейся маме ребёнка? Кто и как это проконтролирует? А?

А ещё встаёт вопрос о том, что родная бабушка — далеко не всегда лучший способ устроить ребёнка, оставшегося без родительского попечения. И дело не в материальной составляющей. Просто основным «генератором возвратов», более двух третей случаев возвращения ребёнка обратно в сиротскую систему, являются как раз бабушки и дедушки. В значительном числе случаев, и это является общеизвестной проблемой, бабушки и дедушки проживают вообще в одном доме с матерью или отцом ребёнка, прекратившими родительское попечение над ребёнком. Разве это «семейное устройство»?

Ну, и если рассматривать эту всплывшую инициативу вкупе со звучавшими ранее предложениями не лишать родительских прав с первого раза, всегда начиная  с ограничения родительских прав, мы видим картину, которая размывает понятие социального государства, применительно к нашей стране. Государство явно начинает «спихивать» вопрос детей, оставшихся без попечения родителей, на сами семьи, удлиняя период между тем, как попавший в беду ребёнок выявлен, и тем, как он устроен в замещающую семью.

Это предложение приведёт, очевидно, к увеличению «простоя» детей в детском учреждении (никто не хочет брать ребёнка, родители которого могут сегодня-завтра вернуться и не потеряли всех прав). А предложение Мизулиной — к тому, что органам опеки будет меньше работы: не надо ничего предпринимать, опекун назначается автоматом.

Так может,  всех этих «инициаторов», в т.ч. Мизулину (кто-нибудь может посчитать, сколько раз она проголосовала против чего-нибудь в СФ?) взять и «автоматически» заменить?

До свидания, ГЮЗ-3. Здравствуй, ГЮЗ-4!

Прекрасная идея Дины Магнат о проведении «Городского юридического занятия» для всех ШПР Москвы (и Московской области) сработала на все 100. И теперь можно с уверенностью заявить, что новый формат юридического блока подготовки кандидатов в усыновители, приемные родители или опекуны в Москве родился и состоялся. Для тех кто ещё не в курсе, Городское юридическое занятие (или просто — ГЮЗ) — это большая, занимающая целый день лекция с элементами интерактива, которую веду я, научный директор Института семейных просветительских и правовых программ, руководитель Команды адвоката Жарова, адвокат Антон Жаров. За один день слушатели получают концентрированные знания из юридического блока подготовки кандидатов в усыновители в строгом соответствии с утверждённой программой подготовки, и в формате, который много лет использовался в старейшей российской «Школе приёмных родителей».

30 сентября в ресурсный центр НКО были собраны более 150 слушателей из разных школ приёмных родителей со всей Москвы. Были и индивидуальные слушатели из Москвы и Московской области. Третье городское юридическое занятие прошло, на мой взгляд, гораздо лучше, чем предыдущие.

Во-первых, стала отличаться аудитория. И не только количественно (теперь зал ресурсного центра заполняется почти полностью), но и качественно. Очень внимательно слушают, задают важные вопросы и по делу. То есть понятно, что аудитория действительно пришла за знаниями, и готова эти знания впитывать с 10 утра до пяти вечера. Работать на сцене было легко, потому, что зал принимал всё очень доброжелательно, и впитывал. Спасибо слушателям!

Особенно приятно, что в зале были, конечно, и слушатели первого потока нашей школы приёмных родителей Института семейных просветительских и правовых программ («школы Рудова»).

Во-вторых, команда ИСППП, вместе с волонтёрами — практикантами Команды адвоката Жарова, сработалась — в этот раз всё получилось совершеннно ровно и без косяков. Огромное спасибо Власу Жарову, Светлане Качмар, Ивану Изотову, Глебу Платошкину, Оксане Рудовой и волонтёрам Лусинэ Айрапетян и Анастасии Лоскутовой. Это только кажется, что ГЮЗ — «просто Жаров вышел и рассказал», это труд такой вот немаленькой команды.

Отдельное огромное спасибо главному эксперту ИСППП Алексею Рудову, который аккумулировал вопросы аудитории, и отвечал на многие из них через мессенджеры прямо в момент ГЮЗа.

В-третьих, традиционная, но от этого не меньшая благодарность Ресурсному центру НКО за залы, технику и даже баранки с чаем! В этот раз всё здание гудело как улей, и проводилось сразу много мероприятий на нескольких площадках, но слушатели ШПР, спасибо, этого почти не заметили. Всё было слажено и круто. Спасибо!

Что дальше?

Следующее ГЮЗ, ГЮЗ №4 состоится 25 ноября 2017 года, и мы, конечно, приглашаем всех тех, кто сейчас учится в ШПР на наше занятие. Как показало ГЮЗ-3, наиболее удачной является практика, когда школы приемных родителей просто включают наше ГЮЗ в свою сетку занятий и направляют к нам слушателей целыми группами.

Что касается места проведения ГЮЗ, то оно, увы, изменится. Дело в том, что Ресурсный центр, дававший нам крышу и удобные кресла — уходит на ремонт, и в ноябре не сможет нас принять. О месте проведения мы, разумеется, уведомим всех дополнительно.

Спасибо всем! И до новых встреч.

Команда адвоката Жарова ждёт пополнение

Немного расскажу о наших планах. Мы — как вы были удивлены! — снова расширяемся. И это означает, что мы снова проводим собеседования для тех, кому будет интересно работать в Команде адвоката Жарова.

Во-первых, мы ждём тех, кто уже имеет юридическое образование — на позицию младшего помощника юриста в московский офис Команды адвоката Жарова. Это — стартовая позиция в нашей команде, но те,  кто прикладывает усилия для собственного развития, достаточно быстро растут, и их должность сначала теряет слово «младший», а затем — избавляется и от «помощника». Разумеется, растёт и зарплата. Если первые два календарных месяца это начальные 40000 рублей (или выше, если ваш старт будет сразу бурный), то затем она, конечно, растёт в зависимости от компетенций и объёма выполняемой работы. Пожалуйста, если вы в Москве (или области), у вас есть законченное высшее юридическое образование, вы готовы заниматься очень ответственной работой, связанной с очень личными и очень чувствительными для доверителей вопросами — считайте, что мы вас уже пригласили на работу. Пришлите, пожалуйста, резюме на job@zharov.info. 

Во-вторых, у нас появляется вакансия помощника юриста (две вакансии) в нашем офисе в Санкт-Петербурге. До того, как начать работу в Петербурге будьте готовы к месячной (оплачиваемой и обеспечиваемой жильём) стажировке в нашем московском офисе. Требования — такие же: уже законченное высшее юридическое образование, проживание в Санкт-Петербурге или области, расположенность именно к вопросам семейного права, защите прав детей. Стартовая зарплата — 30000 рублей. Резюме, пожалуйста, присылайте на job@zharov.info.

И, наконец, очень хорошая вакансия для студентов-юристов, продолжающих обучение. В первую очередь мы бы хотели видеть студентов-юристов, которые в перспективе предполагали продолжить работу у нас же в Команде уже на более ответственных позициях. Практически для всех студентов будет удобен график работы  ночного секретаря: с 18 часов до 8:30 утра в будни, 8:30 — 8:30 в выходные. После дня работы — три выходных. График — как только возможно гибкий, оплата — почасовая. Но требуется аккуратность, внимательность и надёжность. Рассказ о себе (а лучше резюме) присылайте на job@zharov.info.

Не звоните по телефону, пишите сразу на почту. На все письма обязательно ответим, и, надеюсь, пригласим именно вас.

« Older posts Newer posts »
Поделиться: