Библиотека адвоката Жарова

То, что юрист по семейному праву и детскому (ювенальному) собирал много лет

Tag: жильё

Продолжается битва за Москву без «немосковских» сирот

Внимание! Если вас волнует эта тема, загляните сюда.

Продолжается эпопея, поднятая на стяг Департаментом труда и социальной защиты населения Москвы и лично т.т. Петросяном и Дзугаевой. Продолжается в том смысле, что всем подопечным не из Москвы продолжают отказывать в выплатах, не выплачивают вознаграждение приёмным родителям и всё такое прочее, связанное с тем, что дети не имеют «прописки» в Москве.

Я уже писал, что рекомендую всем чуть-чуть подождать, поскольку давление уже пошло, и, возможно, ситуация разрешится сама. Нет. Не разрешилась.

Опеки Москвы (и подтянулись, кстати, и другие регионы, глядя на «флагмана») продолжают отказывать в приёме на учёт, и, соответственно, в назначении выплат всем тем, кто прибыл «из замкадья».

Это, разумеется, незаконно, и те, кто поактивнее, те обращаются уже в суд (несколько дел уже прошли стадию предварительного слушания, плотно занимается этим А. И. Головань и его БЦ «Соучастие в судьбе»), или хотя бы в ДТСЗН.

И тут начинается интересное. Всем, кто подал в суд, опеки предлагают (тут же!) заявление отозвать, и они всё восстановят, и выплаты, и вознаграждение, и учёт. Словно и не было ничего.  Причём, насколько можно понять, без каких-либо объяснений или, боже упаси, извинений.

Те, кто обращается в Департамент, попадают в какую-то странную «комиссию», под водительством А. З. Дзугаевой, которая (комиссия) — вот тут интересно — ВСЕХ СТАВИТ НА УЧЁТ И ВСЕМ НАЗНАЧАЕТ ВЫПЛАТЫ. Всем. Совсем всем. По факту обращения.

Вырисовывается следующая схема.

Разумеется, большинство тех, кому в выплатах или постановке на учёт было или будет отказано никуда не пойдут, а будут выживать как-то так. Те, кто дойдёт до Департамента, получит «позволение» от «ареопага» и, вроде как, предмет жалобы уже отсутствует. Те, кто дойдёт до суда, возможно, сдастся под предложениями опеки решить дело тихо. И, наконец, те, кто получит решение суда (и пройдут через апелляцию) тоже получат результат: выплаты, учёт и т. п.

Но для всех остальных ситуация останется прежней!

Предположим, что обратиться хоть куда-то решит половина тех, кому снимут выплаты. Значит, экономия денег на выплатах составит 50%. Хорошая маржа. Даже если 90% пройдут через суды и комиссии — всё  равно, на фоне города и 10% — экономия. Я думаю, что это именно так, и именно так цинично.

Почему надо идти в суд, и не надо идти в «комиссию».

Дело в том, что решение суда, во-первых, публично. И, если их будет некоторая масса, могут начать возникать вопросы у прокуратуры. В принципе, если такая дорожка опекунами будет протоптана, то по ней может пойти и прокуратура. Дело выигрышное, простое, в суд подать — плёвое дело, и хорошо показывается работа по защите прав сирот.  Ну, и кроме «разовых» решений, возможно, полетят представления в отношении руководства департамента, например. И это может заставить изменить в принципе ситуацию, а не только в конкретном случае.

Второе. Если у вас будет решение суда (а не «комиссии»), его можно исполнить принудительно, и никак не отменить (покуда уж оно вступило в силу). Исполнять, ну, хоть с приставами. А «комиссия» — решений юридически обязательных не выдаёт.

Третье. Решение «комиссии» о том, что кому-то в виде исключения что-то там позволили, можно изменить тем же образом: сначала позволили, а потом — не позволили. Через годик, скажем, когда уляжется пыль. Или — чем не схема?— взять через три года и потребовать обратно выплаты, потому, что они были «в нарушение» московского законодательства. А как же решение «комиссии»? Какой комиссии? Она что, официальный орган? Нет, просто чиновники сели кругом, и устно сказали опеке районной — плати, мол. Никакой процедуры, никакой ответственности.

Ну, и самое главное. Я уже писал, что получение льгот и выплат не должно превращаться в «увлекательный» квест «собери три решения и получи то, что положено по закону и так». Москва обязана платить детям, оставшимся без попечения родителей, невзирая на «прописку»! На место жительства — «взирая», а на «прописку» — нет.

Пока же А. З. Дзугаева (а может быть, и В. А. Петросян — не знаю, насколько он осведомлен) играют в интересную игру с гражданами. То есть на пустом месте создаётся что-то, не предусмотренное законом, и предлагается в это играть.

Ну, скажем, сделать вход в собес со второго этажа, через окно,  и поставить под ним гладко отполированный столб. Вроде и вход есть. И как попасть — понятно, и сложного, в целом, при сноровке, ничего особенного. И всегда можно сделать вид: вот он, вход, и надпись есть!

Такой «добрый» вариант анекдота про «нет ножек — нет варенья».

Из ближайшего — будет линия с президентом. Было бы неплохо, если бы попытаться дозвониться, или как-то иначе эту тему туда «занести». (Вопрос Путину об этом безобразии можно поддержать ТУТ.) Как бы к нему не относится,  как бы не сетовать, что механизмы не работают, но если верховный главнокомандующий «цыкнет», я думаю, что Сугроб Семёныч вытянется во фрунт, и  как-то всё быстро станет по-другому. Может быть, даже с кадровыми решениями.

А может, и так переобуются. В прыжке.

А пока — обещанное письмо из Минобрнауки. В Москву они уже писали. Теперь — письмо в адрес вице-премьера Голодец. В сущности — обоснование иска в суд для любого опекуна.

(Письмо в формате PDF, 5 страниц. Но они того стоят. Резюмируя: имели в виду московские департаменты указание профильного российского министерства.)

Письмо Министра образования и науки от 16.03.2016 № 983

Какое жилье должно быть у опекуна

Вопрос, которым меня «забрасывают» всегда…

Наконец-то сподобился написать про это статью. Итак, какие же «требования по жилью» для опекуна или попечителя?

Какое жильё должно быть у кандидата в опекуны или попечители

А.А. Жаров, адвокат, специалист по семейному устройству детей

Жилищный вопрос остается самым часто задаваемым всё последнее время. Увы, никакой ясности не вносят в вопрос о том, какие должны быть жилищные условия, и многочисленные изменения к постановлениям правительства России, принимаемые в последнее время. Вопросы задаются и задаются… В этой статье я постарался обобщить установления законодательства по этому вопросу.

Так какое же должно быть жильё у кандидата в опекуны или попечители несовершеннолетнего? Прежде всего, необходимо вспомнить, что устройство детей, оставшихся без попечения родителей, осуществляется исключительно в их интересах (ст. 145 СК РФ). Это значит, что государственные служащие (сотрудники органа опеки) должны прийти к выводу, что передача ребенка в эту конкретную семью будет отвечать его интересам. При этом, существуют ряд формальных требований, которым должен соответствовать опекун. В частности, он должен быть здоров (не иметь заболеваний, предусмотренных в специальном перечне), не быть судимым, не быть лишенным родительских прав и так далее (статья 146 Семейного кодекса РФ).

Но в указанном перечне требований нет ни слова о том, какие именно жилищные условия должны быть у опекуна! Пресловутых «требований по жилью» для опекуна в явном виде в законе нет вовсе.

Однако, законодательство нужно применять в комплексе. Например, из ст. 36 Гражданского кодекса РФ следует, что опекуны несовершеннолетних должны проживать вместе с ними (по крайней мере до 16 лет).

Назначение опекуна происходит по правилам, устанавливаемых Правительством Российской Федерации (Постановление Правительства РФ от 18.05.2009 г. № 423 «Об отдельных вопросах осуществления опеки и попечительства в отношении несовершеннолетних граждан») где, в частности, установлено, что для того, чтобы сделать вывод о соответствии опекуна требованиям ГК и СК, необходимо провести обследование «условий его жизни». При этом оцениваются «жилищно-бытовые условия» и мотивы заявителя, его способность к воспитанию ребенка и отношения с членами семьи. Подразумевается, что жильё у опекуна есть (хотя прямо это не сказано).

Министерство образования и науки разъясняло уже (Письмо Минобрнауки № 06-364 от 31 августа 2010 года  «О применении законодательства по опеке и попечительству в отношении несовершеннолетних»), что местом жительства гражданина нужно считать не место его «прописки», а то место, где он постоянно или преимущественно, но на законных основаниях (то есть по договору найма, ссуды — безвозмездного пользования, в силу того, что является собственником…) проживает фактически.

Все вышеизложенное, несмотря на то, что прямого указания в законе нет, позволяет сделать вывод, что жилое помещение у гражданина, решившего стать опекуном, быть должно. И должно быть «в кондиции».

Что это значит? Ребенок, в силу множества нормативных актов, в том числе международных, имеет право на благоприятные условия жизни. Несмотря на то, что буквально эти требования в законах не изложены, ожидается какой-то «здравый смысл» от сотрудников органа опеки, принимающих решение.

Какой тут может быть «здравый смысл»? Оставим в стороне очевидную вещь, что у ребенка должно быть спальное место и место, где ему делать уроки или играть. Вопрос — про «площадь», именно поэтому сотрудники опеки зачастую отказывают потенциальным опекунам.

В жилищном законодательстве существует понятие «нуждающийся в улучшении жилищных условий» (или «нуждающийся в жилом помещении»). Таковыми признаются (при учете, конечно, прочих ограничений) люди, которые проживают в жилье, площадь которого, приходящаяся на одного человека, меньше учетной нормы. Каждый регион устанавливает эту норму сам.

В Москве закон (Закон города Москвы от 14 июня 2006 г. № 29 «Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения») устанавливает эту норму в размере 10 квадратных метров площади жилого помещения (то есть, включая балконы, лоджии, террасы…) на человека. Если у вас меньше — вас считают «нуждающимся». То есть государство откровенно говорит: на 10 метрах жить ещё можно, а на меньшем — уже нельзя.

Тут есть определенная логика. Если в вашу семью из трех человек в 33 квадратных метрах подселится ещё один маленький человек, государство вздохнёт, конечно, но скажет: нуждаются.

Поэтому отказ органа опеки от передачи ребенка  в семью «малогабаритного» опекуна  не кажется таким уж надуманным.

Стоит в скобках отметить, что отказ в выдаче заключения о возможности быть опекуном при таких обстоятельствах законным не будет (в законе нет требований ни по жилью, ни по, например, доходу, опекуна). То есть признать «в принципе» годным к исполнению обязанностей опекуна могут и должны, несмотря на все проблемы с площадью.

Однако, имеют полное право отказать в передаче конкретного ребенка в семью, учитывая, что его интересы в данной семье не будут соблюдены в полной мере.

Выход из этой ситуации… находится, по моему мнению, там же где «вход». Органы опеки должны оценивать эту ситуацию (стоит передавать конкретного ребенка в конкретную семью с учетом конкретных обстоятельств, или нет) в каждом случае отдельно.

Как это и происходит сейчас.

02.11.2013