Когда я в очередной раз читаю, что «опека изъяла детей», каждый раз испытываю негодование. Во-первых, дети — не имущество, и их нельзя «изъять».

Во-вторых, если всё по закону, и детей из ужасных условий: от пьяной «до сиреневых кузявок» мамы, от невменяемых маминых сожителей с ножами и топорами, непосредственно угрожающих ребёнку, действительно отобрали, то глагол был бы именно таким — «отобрали». И это автоматически включает судебную процедуру лишения родительских прав и требует от органа опеки принятия соответствующих процессуальных решений: нужно издать постановление об отобрании, соблюсти чётко установленные сроки и т.п.  Желающие могут прочитать ст. 77 СК РФ.

В-третьих, если ребёнка отобрали не в соответствии с законом, а как-то по-другому: переместили от родителей куда-то в приют или в больницу, то удивляет, почему в этом случае родители занимают такую пассивную позицию: мол, «изъяли» так «изъяли», что же, мол, пожелаешь…

Остановлюсь поподробнее на этом вопросе.

Итак, если постановления органа опеки об отобрании нет, то ребёнок из семьи может «уйти» или добровольно, по заявлению родителей, или сотрудникам опеки и полиции придётся делать вид, что ребёнок был не дома с родителями (бабушкой, совершеннолетней сестрой), а, например, гулял по двору без присмотра. В таких случаях сотрудник полиции составляет акт о выявлении безнадзорного ребёнка и передаёт ребёнка в тёплые, но цепкие руки сотрудников органа опеки.

В этом месте бывает масса нарушений. «Безнадзорный» — это ребёнок, контроль за поведением которого отсутствует вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения обязанностей по его воспитанию, обучению, содержанию со стороны родителей или иных законных представителей либо должностных лиц (ст. 1 ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних»). Что нужно понимать под этими умными словами?

Если ребёнок 10 лет гуляет во дворе, а мама смотрит из окошка — он не безнадзорный. А вот если гуляет мама, а ребёнок смотрит в окошко, как она пьёт пиво на детской площадке — вот это да, безнадзорность.

Также надо понимать, что ребёнок по определению не может быть безнадзорным в школе, детском саду, в кружке, под присмотром бабушки, сестры, соседки, поскольку  в этом случае родители не теряют контроль за поведением ребёнка, а просто, временно, делегируют его. Никакого запрета так делать нет.

И поэтому все случаи, когда ребёнка забирают из школы, из спортивной секции, из дома родной бабушки, и даже из квартиры соседки, которую попросили «посидеть с ребёнком», пока мама побежала за молоком — всё это, конечно, не про безнадзорность ребёнка, а про нарушения в работе сотрудников полиции.

Тем более, не может быть безнадзорным ребёнок в родном доме в присутствии родителя.

Если ребёнку действительно плохо и ему угрожает опасность в родном доме, происходит отобрание по ст. 77, а дальше — суд о лишении родительских прав. Или — оставьте всех там, где есть, даже если мама, с вашей точки зрения, не сильно хороша. За ребёнком следить может? Всё, отстаньте. Это не безнадзорность.

Конечно, всё сильно зависит от возраста и состояния здоровья детей. Давайте приведём примеры.

Ребёнок полутора лет дома с пьяной («лыка не вяжет») мамой. Здесь будет отобрание, поскольку оставлять полуторагодовалого ребёнка одного нельзя даже на минуту. Он уже может добраться и до плиты, и до розеток, и вылезти в окошко. «Кондиция» мамы в таком случае не позволяет уследить за ребёнком.

Ребёнок пятнадцати лет в таких же условиях отобран быть не может, поскольку ничего его жизни и здоровью не угрожает, он уже в состоянии сам себя и развлечь, накормить, и воздержаться от засовывания пальцев в розетку.

А вот с семилетним ребёнком в таких же условиях — что делать? Это вопрос к специалисту органа опеки, и только к нему. Если он видит, что угроза жизни или здоровью есть — немедленно отбирать. Угрозы нет — ничего не трогать.

Ребёнок самостоятельно едет на тренировку на общественном транспорте. Такой ребёнок, в общем случае, не может быть признан безнадзорным, однако, опять же, всё зависит от возраста и привитых ребёнку навыков самостоятельности.

Если родитель уверен, что ребёнок имеет прочно сформированный навык перехода дороги по пешеходному переходу, знает маршрут, умеет уверенно пользоваться общественным транспортом, имеет с собой телефон для связи (а то еще и с подключенной услугой родительского контроля — привет, ГЛОНАСС), то в чём проблема? У нас считается смертельно опасным ходить ребёнку по улицам, стоять на остановке, садиться в автобус? Полиция, а зачем вы существуете тогда?

В каком возрасте уже можно так отпускать? Я не знаю, каждый человек развивается со своей скоростью, и вы, как родитель, сами понимаете, может ли ваше чадо справиться с переходом дороги, или всё-таки надо водить за ручку. Лично я бы детей до семи лет вообще никуда бы не отпускал без сопровождения. Но это моё мнение, в правилах  пользования общественным транспортом никак не ограничен возраст, с которого ребёнок может ездить сам. Логика подсказывает, что если лифтом нельзя пользоваться до семи лет без взрослых, то и заведомо более опасное метро тоже не ждёт пассажиров дошкольного возраста без взрослых.

Ребёнок проводит каникулы за городом у бабушки (тёти, маминой подруги, жены брата супруги троюродного деверя), а мама продолжает пахать в офисе. В этому случае ребёнок — безнадзорный? Нет, конечно. Здесь наличествует «контроль за поведением» ребёнка, только в конкретный момент он поручен другому взрослому. Разумеется, это не должен быть пьяный собутыльник или малолетний сын соседа («пригляди за коляской»). Во всех остальных случаях — никаких проблем нет, отправляйте детей хоть к бабушке, хоть к дедушке, хоть к обоим сразу.

(Разумеется, это НЕ касается приёмных родителей и опекунов. Ни опекун, ни приёмный родитель не может «делегировать» свои обязанности кому-либо).

Итак, запомните: никакой «таблицы возрастов» не существует, и в каждом конкретном случае сотрудник органа опеки должен принимать решение исходя из имеющихся в данном случае обстоятельств. Поэтому бывает так, что «вчера» ребёнка оставили в семье, а «сегодня», вроде бы при тех же условиях — отобрали. Разница может быть только в том, как тот или иной сотрудник органа опеки — живой человек — оценивает степень опасности тех или иных обстоятельств. Для одного наличие розеток в доме — норма 21 века, для другого — опасная опасность («а вдруг засунет пальчик…»). Но тому, кто ребёнка в семье оставит, объяснять ничего никому не надо, а тому, кто отберёт — потребуется объяснять свои действия в суде и доказывать, что они были обоснованы.

Поэтому, когда мне говорят, что злые тёти из опеки отбирают детей почём зря, я не тороплюсь соглашаться: вообще-то, сотрудники опеки изо всех сил стараются НЕ отобрать ребёнка, т.к. потом им придётся долго и многократно свои действия обосновывать, доказывая собственную правоту. Сначала прокурору, потом в суде… Конечно, в общем случае, сотрудники опеки стараются этого избежать.

P.S.: Гала Суханова сняла в своё время очень хорошую короткометражку «Проверка». Это — почти документальное кино, разумеется, с профессиональными актёрами. Посмотрите, много про сотрудников опеки станет более понятным.