Библиотека адвоката Жарова

То, что юрист по семейному и детскому (ювенальному) праву собирал много лет

Category: Команда адвоката Жарова (page 1 of 8)

Как устроена работа адвоката или «почему так дорого?»

Много раз задавали мне этот вопрос, и я терпеливо объяснял. Пришло время сделать это письменно.

Вообще, ценообразование (ну, хорошо — гонорарная политика) в адвокатуре — штука непубличная. Но тайный характер у вопроса о деньгах сложился давно, ещё в те советские времена, когда у адвоката был «потолок» дохода (300 рублей), выше которого он не имел права (строго говоря, по закону) заработать в месяц. Разумеется, сегодня верхний предел заработка адвоката ничем не ограничен, но тайна суммы гонорара, или ставки, всё-таки сохранилась, хотя уже, скорее, как защита клиента, доверителя, а не потому, что это действительно уж такая тайна. Спросите любого, кто пользовался правовой помощью того или иного адвоката — и вы получите представление о том, сколько это может стоить. Или клиент может не ответить на этот вопрос. Или соврать. Как ему, клиенту, будет угодно.

Адвокат же на вопрос о гонораре «вообще», скорее всего, промолчит. А про то, во что это стало клиенту (не вам) — отвечать жёстко откажется. Адвокатская тайна.

Так сколько стоит работа адвоката и почему часто кажется, что «дорого»?

Есть общая ситуация на рынке юридической помощи и есть объективная реальность адвокатских расходов.

На рынке юридических услуг конкуренция, пожалуй, сравнима только с парикмахерскими или с конкуренцией между аптеками. В Москве — более десятка тысяч одних только адвокатов. А юристов (или тех, кто себя так рекламирует) — вообще не счесть. Буквально — на каждом углу. Как и парикмахерских. Как и аптечных пунктов.

И цены — разные. Кто-то публикует только стоимость консультации (бывает даже «бесплатно»), кто-то — якобы целиком прайс-лист (с аккуратными отметками перед ценой «от»: «от 30000 рублей», «от 10000 рублей»). И только парикмахерские и аптеки пишут реальную цену за каждую стрижку или банку с мазью.

Конечно, если речь идёт об упаковке салфеток или о том, чтобы просто помыть голову — вас устроит любая парикмахерская и любой аптечный лоток. Можно даже выбирать, где подешевле. Но как только вопрос встанет о чём-то более серьёзном (орфанном лекарстве или о том, чтобы покрасить волосы) — вы пойдёте в «проверенную» аптеку или к «своему» мастеру, в каком бы салоне он ни работал.

И тут ценообразование, график работы и прочее — имеют уже не такое большое значение, вы выбираете мастера себе на голову, и права на ошибку у вас нет. Три или пять тысяч вы за это заплатите — разница, может, и есть, но торговаться вы не будете. Напротив, ещё и рублей 300 в руку парикмахера положите как чаевые за блестящий цвет вашей головы.

Но парикмахер — дело ежемесячное, с юристами, услуги которых требуются некоторым людям раз в жизни — дело другое.

Выбирать юриста «по цене» — как парикмахера по такому же принципу. И результат — настолько же непредсказуем. Где-то в стране сказок и розовых пони существуют «толковые студенты», которые сейчас же, и, разумеется, за две копейки, а то и даром — за науку, за опыт — проведут мастерски ваше дело. Там же, рядом с радужными единорогами живут бесплатные (но, конечно, очень грамотные и полные) консультации юристов, рядом с ними дела в суде за 3000 рублей или те, за которые «заплачу после выигрыша»… И даже то, что некоторые люди единорогов видели — не значит, что они есть в реальном мире.

Разумеется, если адвокат является специалистом, понимает в своей отрасли лучше других, если он успешен в делах и в жизни — он будет востребован.

И, разумеется, ему придётся, как только занятость дойдёт до 24 часов в сутки, или «записывать на будущий год», или… повышать гонорар.

Я не знаю ни одного адвоката, в той или иной степени успешного, востребованного, грамотного, который бы работал за три копейки, «давал скидку» и т.п. Нет, никогда. Потому, что в сутках только 24 часа, а адвокат (ведь вы хотите, чтобы работал на вас лично он) — только один.

Поэтому, гонорар адвоката растёт и растёт — пока не достигается равновесие между занятостью и величиной гонорара.

Увы, выбор за вами: или вы приглашаете Сигизмунда Карловича за 30 тысяч в час — или нет. Сделать так, чтобы было «тоже самое, но за 3» — невозможно. Сигизмунд Карлович — один, выбирать не приходится.

Можно выбрать или другого адвоката, или, если вас волнует, что у вас будет на голове, ой, простите, в жизни, как-то изыскать эти деньги.

Но это не единственная причина, почему гонорар даже самого начинающего адвоката не может быть меньше примерно 5 тысяч в час. Это простая экономика. И, если у юриста ставка меньше — скорее всего происходит экономия на чём-то важном.

У адвоката должен быть офис. Некоторые обходятся без. Конечно, теоретически это возможно, но… Офис нужен адвокату  как место хранения досье доверителей (просто так обыскать офис адвоката нельзя, а вот жильё, где некоторые коллеги хранят досье — можно, и запросто).

Офис нужен как место встречи с доверителями. Да что там, бросьте, можно и в кафе переговорить… Можно. Но кто вас так внимательно слушает из-за соседнего столика? Батюшки, так это подруга ответчика…

Офис нужен как место работы сотрудников адвоката.

И без сотрудников (помощников, стажёров, секретарей) адвокату сегодня никак. Ну, или если вести одно дело, например, тогда да. А так… Надо знакомиться с материалами дела, писать массу достаточно стандартных, но от этого не менее необходимых бумаг (ходатайств, заявлений…), сидеть в очереди, чтобы подать документы судебному приставу, готовить замечания на протокол судебного заседания… Да, масса всего. Если это будет делать сам адвокат — его производительностью труда будет низкой. Если не будет делать вовсе — низким окажется качество юридической помощи.

Например, находятся коллеги, которые читают дела, в том числе уголовные, «по диагонали», «только важное». Такой подход к работе тоже, наверное, возможен, но уж во всяком случае, адвокат должен читать дело не меньше, чем его читал следователь, потом прокурор, а потом судья. Иначе как он сможет аргументированно спорить с этими тремя? При этом вдумчивое прочтение страницы напечатанного текста — это три-четыре минуты. В томе — 250 страниц (пусть не все полностью запечатаны текстом), томов, положим, три… 750 страниц даже по минуте на каждую (а хочется ещё вернутся, перечитать, подумать, выписать…) — это уже 12 полных рабочих часов. Есть люди, которые ухитряются осилить тот же объём за час. Если ваш адвокат — не волшебник, то он  так не умеет.

Так что без сотрудников, которые возьмут на себя значительный объём технической и простой юридической работы, никак нельзя.

И что в итоге. Сколько стоит офис, пара помощников (зарплата, налоги — не платить их адвокат не может, это какой-то нонсенс — людей защищать, и часто от государства, а самому — подставляться…), расходы на приличный кофе и хорошую бумагу, принтеры, уборщицу (и это не «копейки», кстати!), сколько на круг?

И всё это оплачивается адвокатом только из его гонорара. А ещё неплохо бы оставить себе и семье.

Поэтому я не верю юристам, объявляющим гонорар менее 5-6 тысяч в час. Либо вы получите неполноценную услугу, либо… всё равно придётся заплатить сравнимую сумму, но не сразу.

Маленькое замечание: речь идёт про Москву. За МКАДом, конечно, другие цены, другие расходы, другая востребованность и другие гонорары. Но я — про Москву.

И, конечно, надо сказать про действительно бесплатную юридическую помощь.

Она есть. В двух видах.

Во-первых, это юридическая помощь, оказываемая адвокатами, за которую платит государство. Прежде всего, это защита по уголовным делам тех, кто не в состоянии оплатить свою защиту сам. Конечно, хочется пошутить про «здравствуйте, бесплатный доктор — здравствуйте, неизлечимо больной пациент», но иногда это и не шутка вовсе.

Платит за защиту государство, платит мало, неаккуратно. То же самое государство платит следователю за то, от чего защищает защитник. Схема получается, ну, скажем так, сложная для понимания. Защитники «по назначению» бывают ничуть не хуже тех, кто работает за гонорар, но и очевидность про заказ музыки и её оплату — тоже повторять излишне. Сами думайте.

Но если ситуация безвыходная — у вас будет бесплатный (для вас) защитник.

Также государство оплачивает юридическую помощь (по смешным тарифам и с задержками — но это вас, как пользователя, не касается) некоторым категориям граждан (неимущим, разумеется) при предоставлении справки из собеса по некоторым категориям дел. Подробно — вот, есть Федеральный закон «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации» от 21.11.2011 N 324-ФЗ.

Если вы там себя нашли в перечне тех, кто может эту помощь получить — смотрите список оказывающих бесплатную юридическую помощь адвокатов или обращайтесь в адвокатскую палату вашего региона. Вас проконсультируют и даже напишут вам некоторые бумаги.

Не стоит рассчитывать, что вы сможете выбрать адвоката в этом случае (чаще всего это будет тот, кто «дежурит»). Также не рассчитывайте, что юридическая помощь будет больше, чем те «рожки и ножки», которые описаны непосредственно в законе.

Итак, иногда, за вас может заплатить государство.

В ряде случаев адвокаты (и другие приличные юристы) работают pro bono, то есть «для общего блага», то есть, бесплатно для доверителя.

Как правило, в каждой юридической фирме (и у нас тоже) существуют определённые правила: при каких обстоятельствах, кому и насколько  предоставляется такая юридическая помощь. И, наверное, ни одна юридическая фирма не работает pro bono более 5 процентов своего времени. Клиентов в таком случае выбирает сама фирма, по своим критериям. Вероятность того, что ваш случай залива квартиры или раздела имущества попадёт в эти критерии — исчезающе мала.

Наши правила работы pro bono предусматривают оказание юридической помощи детям, оставшимся без попечения родителей, либо тем, кто был ребёнком, оставшимся без попечения родителей, по сложным вопросам права, как правило, не нашедшим  своего общеприменимого разрешения в практике. Поэтому, мы, например, не берём pro bono дела об обеспечении сирот жильём, поскольку прекрасную практику по этому вопросу уже наработал фонд «Соучастие в судьбе» под водительством Алексея Голованя. И ещё, в нашей фирме одновременно ведётся не более двух дел pro bono.

У других фирм — свои правила.  В конце концов, каждый выбирает для себя, как именно совершать благие дела.

Бывает и так, что за ведение дела платит какой-либо благотворительный фонд. Так тоже случается, и в этом случае для доверителя тоже дело становится «бесплатным». Но такая практика крайне редка: ещё на врачей, для лечения, люди деньги готовы сдать в фонд, а вот на юриста — нет, конечно.

Однако, большинству из нас придётся осознать, что спасение утопающих — ответственность самих утопающих. Кто будет вести ваше дело в суде, насколько квалифицированный юрист, насколько «доступный» адвокат, на какие компромиссы в качестве услуги вы готовы пойти для снижения цены — это всё ваши решения. И ответственность по их результатам — тоже ваша.

Юридические проблемы и проблемы со здоровьем отчасти похожи. И то, и другое в запущенном состоянии плохо поддаётся коррекции, а иногда и непоправимо вовсе. Поэтому — не ждите, пока всё созреет и лопнет — идите к адвокату уже сегодня, как только появились первые вопросы. «Само» не пройдёт…

Украина и Россия: шутки шутками, но — дети…

Как известно, для того, чтобы поссориться двум ближайшим друзьям, надо купить соседние дачные участки. Автору приходилось наблюдать двух родных сестёр, обратившихся с исками друг к другу. Одна требовала отдать ей 30 сантиметров участка, скраденных вероломно перенесённым («под покровом ночи») забором, а другая — возместить «четырёх потравленных кур». Увлекательное зрелище. Если не находишься между противоборствующих сторон.

Нечто аналогичное приходится наблюдать нынче и на уровне межгосударственных отношений. Речь, конечно, не про курей, но находиться на прямой, соединяющей Москву и Киев — тоже не слишком комфортно.

Но многим приходится. Я уже не говорю про тех, кто волей судьбы оказался в районе Луганска и Донецка. Эти люди, побежав кто в Киев, кто в Москву, оказались в ситуации, когда их права защитить порой просто невозможно.

Совершенно непонятно, что делать украинке, живущей в Москве, родная племянница которой оказалась в Донецке сиротой. Те «официальные структуры», что реально существуют на той территории, готовы предать ребёнка в Россию под опеку (правда, непонятно, на каком правовом основании, но да бог с ним), но никак не украинской гражданке. Украинская гражданка не может получить никаких документов из «материковой» Украины, поскольку живет в Москве и с точки зрения «из-за Днепра» выглядит чуть не предателем. Вернуться в Киев она, конечно, может, и даже, наверное, получит какие-то бумаги. Но ей будет не на что жить (работа в Москве), и с украинскими бумагами с Донбасса выдачи нет… Тупик.

Есть ситуации «попроще». Муж (гражданин РФ) живёт в Одессе. Жена (гражданка Украины) — в Москве. И как им разводиться, если дети (гр. Украины и РФ) живут с мамой, но папа возражает… Без поллитра юриста тут не разберёшься. С одной стороны, конечно, разводиться надо в России, ведь там живут дети. Но это простая логика, а не закон. С другой стороны — разводиться надо там, где ответчик (а это — Одесса). С третьей стороны, надо смотреть, где же стороны жили совместно в период, пока брак не дал трещину (Израиль). Интересно? Ещё как, особенно участникам событий…

Разумеется, большинство юристов в этой ситуации или поступает «просто»: подает иск в российский суд — авось, что-то получится, или просто отказывается от дела, обнаружив слово «Украина» в документах. И в том, и в другом случае, кто-то из участников со временем оказывается в приёмной «Команды адвоката Жарова», чаще всего, увы, в стадии «гипс снимают — клиент уезжает, шеф, всё пропало!»

Парадокс ситуации в том, что самые, наверное, рассорившиеся между собой страны до сих пор объеденены соглашением, предусматривающем признание решений судов и правовую помощь. А для использования украинских документов в России (и наоборот) не нужно никаких специальных действий, они должны приниматься так, если выполнены по-русски.

И что делать с парадоксами судебных решений (суд в России решил, что дети — папе, а суд на Украине — маме, причем решил в одно и то же время) — пока не ясно, решать приходится «по месту», в каждом конкретном случае.

А трансграничное исполнение решений об алиментах? А применение между РФ и Украиной Конвенции о международном похищении детей 1980 года? О, сколько интересного есть и будет между нашими странами ещё!

Мне такие дела очень нравятся. Во-первых, мы их, разумеется, не боимся. Напротив, для меня это ещё один повод показать своим украинским коллегам, что профессионализм и гуманистические идеалы — выше ссор и барьеров, ещё один повод поработать с искренне приятными мне людьми из Киева, Харькова или Одессы.  Политика — политикой, но могут быть и дети. ;) Во всяком случае между гражданами двух стран они появляются — и это факт медицинский. И юристам с этим что-то тоже делать надо.

Во-вторых, как бы ни было тяжело осознавать, но международный договор — источник права. И право надо соблюдать. Каким бы испепеляющим взглядом не смотрел на тебя судья, всё же необходимо требовать, чтобы страны соблюдали свои же соглашения. Конечно, всегда радостно соблюдать то, что тебе приятно и выгодно, но даже если что-то тебе неприятно, но соглашение подписано — надо соблюдать. Во всяком случае, пока ты из него не вышел (а ни одна из стран не денонсировала Минскую конвенцию 1993 года).

И это — определенный вызов для профессии по обе стороны границы. Сумеем ли мы обеспечить соблюдение прав детей, родителей, семьи, невзирая на горячие вопросы межгосударственных отношений, или в спорах о «крым-чей» прихлопнем десятки тысяч (а может, и сотни, а может, и миллион) российско-украинских семей.

Во всяком случае, свою миссию в этом вопросе я вижу в том, чтобы этого избежать. И пока это, с переменным, если честно, успехом, но удаётся.

Городское юридическое занятие. Седьмой раз

В субботу состоялось очередное Городское юридическое занятие #ГЮЗ , последнее в этом «учебном году». Этот проект ИСППП уходит на каникулы и следующее занятие для школ приёмных родителей состоится уже осенью.

ГЮЗ-7 получился очень чётким и правильным, мы очень хорошо поместились в хронометраж. Очень активная и, что особенно радует, заинтересованно-адекватная аудитория. Плюс ко всему, чрезвычайно хорошо отработали мои молодые коллеги из Команды адвоката Жарова , ответившие на какое-то невероятное количество вопросов через мессенджеры.

Ну, и не обошлось без шероховатостей. К сожалению, не дали сразу ссылку на образец заявления для усыновителей и опекунов. Поэтому, даю ещё ещё раз, здесь. Пользуйтесь, пожалуйста.

Новое, «упрощённое» заявление опекуна или усыновителя — образец

И даже в пол-первого ночи… приходится быть больше, чем адвокатом, если дело касается детей

За выходные собрался таки написать большой текст про то, как у нас тут всё устроено. Пока ещё не универсальную энциклопедию, а просто, для понимания….

Как поэт в России  — больше, чем поэт, так и адвокат в России — больше чем адвоката. Во всяком случае, если дело касается детей, то приходится быть всем сразу: и психологом, и педагогом, и бог знает, кем ещё… Потому, что — дети.

Кто-то скажет: много букв. Ну, что поделаешь, некоторые вещи коротенечко — не получаются.

Приходится всегда быть больше, чем адвокатом, если дело касается детей

Шестое Городское юридическое занятие для слушателей школ приемных родителей. Well done

Ну, что сказать, в шестой раз — это не то, что в первый. Ладно, мы уже откатали программу занятия настолько, что уложились во время занятия с точностью чуть ли не до минуты, успев рассказать всё, что задумали. Но и аудитория подготовилась: аккуратно, массово, чётко и по делу сыпала вопросами через месенджеры, активничала на «открытом микрофоне» (вот тут пришлось немного задержаться, чтобы успеть ответить всем), и вообще, на этот раз была на редкость тёплая и принимающая аудитория.

Разумеется, не всё, что вы хотели спросить, входит в программу подготовки и освещается нами на Городском юридическом занятии.

Например, спрашивали, как бороться с ювенальной юстицией? Вообще, усыновление и опека — это не про борьбу, это, скорее, про любовь. И, если бы ювенальная юстиция в России была на самом деле, и если бы с ней надо было бороться, единственным способом нашей борьбы с ней было бы ещё большее сплочение рядов потенциальных усыновителей и опекунов в борьбе за вызволение детей из сиротской системы.

А если говорить более серьёзно, то если бы ювенальная юстиция (то есть, специальное правосудие для детей и подростков, совершивших правонарушения) в России была, все бы мы жили немножко в другой стране. Те эксперименты с ювенальной юстицией (настоящей, а не той, с которой борются в своих головах странные люди с хоругвями) в Ростовской, например, области, показывали, что это приводит к значительному снижению рецидива преступлений среди несовершеннолетних.

Но никакой ювенальной юстиции у нас, увы, нет.

Также спрашивали, и старались спросить очень подробно, про наследство подопечных. Ну, во-первых, пока нет реального подопечного с реальной ситуацией наследования — советы давать непросто, и, пожалуй, единственный тут совет — не торопиться принимать наследство до консультации с юристом.

А вообще, этот вопрос актуализируется каждый месяц, и недавно я уже писал по этому поводу.

А ещё к нам на ГЮЗ приходят не только слушатели ШПР, но и коллеги из школ приёмных родителей.  В эту  субботу был представитель Ресурсного центра. Это приятно, когда коллеги слушают коллег. И иногда задают вопросы и дают «обратную связь». Одна из сотрудниц московского дома ребёнка удивлённо заметила, что, оказывается, «усыновителям приходится пройти столько трудностей, хотя, по идее, все должны были бы им только помогать». Интересное наблюдение.

Не обошлось и без вопросов про Команду. Сколько вас, спрашивают, человек? Не успел уточнить, с какой целью такой вопрос — то ли кажется, что нас слишком много, то ли,  наоборот, видят слишком мало (а большинство сотрудников — за кадром).

Во всяком случае, ГЮЗ-6 получился очень динамичным и, надеюсь, помог всем его участникам узнать что-то такое, что позволит им стать отцом или матерью приёмного ребёнка легче и проще.

До новых встреч! Следующее Городское юридическое занятие состоится 12 мая. Регистрация, конечно, уже открыта.

Городское юридическое занятие

Older posts