web tasarım Антон Жаров | Библиотека адвоката Жарова

Библиотека адвоката Жарова

То, что юрист по семейному и детскому (ювенальному) праву собирал много лет

Author: Антон Жаров (page 1 of 44)

Никогда не верить на слово!

Наверное, уже все понимают, что, скажем, продажа машины в кредит  в автосалоне — самое место для обмана. То всандалят вам какой-нибудь ненужный «обвес», то дорогую страховку, то какой-то ассистанс за сто тысяч… Но, к счастью, чаще всего граждане,  придя с миллионом денег (или даже с полумиллионом), все-таки стараются включить голову и не дать себя обмануть.

Такая же картина в банке. О том, что надо читать написанное мелким шрифтом и разбираться, какую же сумму вам придётся платить в месяц и сколько переплачивать — знают даже самые отсталые слои населения.

Но вот с чиновничеством немного не так. Никто не ожидает, что в государственном органе он может столкнуться не просто с равнодушием, но и с обманом, например. Никто не рассчитывает, что то, что человеку говорят на словах тёти из кабинетов, может оказаться враньём от начала и до конца.

Я повторяю, повторял, и буду повторять. Ни у одного государственного органа нет рта и ушей. «Чудовище обло, озорно, огромно, стозевно, лаяй». Чудовище, т.е. государственный орган может только читать и писать. Всё.

Всё, что вы сказали, ВСЕГДА будет использовано против вас, но НИКОГДА слова чиновника не будут основанием ни для чего: ни для его ответственности, ни для вашей уверенности. Когда врут как дышат, то ничего им за это не бывает, если враньё высказано устно.

Врут про то, что психологическое обследование (добровольное по закону) обязательно. Врут про то, что ребёнка кто-то вот-вот будет усыновлять, а не вы (хотя у вас направление). Врут про диагнозы. Врут про операции. Врут про сроки… Врут.

Поэтому, пожалуйста, запомните: с Левиафаном нельзя разговаривать, ТОЛЬКО ПИСАТЬ!

Электронные системы, может и хороши, но спросите сами себя, что у вас останется, после того, как вы отправите свой крик души в электронной форме? Только скриншот с экрана. А если вы подали обращение в бумажной форме — будет какая-то отметочка, пометочка, расписочка, квитанция… Это то, что останется всегда.

Адвокат Жаров

ФБД. Продолжение. Стало лучше? Проверим

Помните, мы обращались в Министерство образования и науки (тогда ещё) с жалобами на то, что не работает нормально Федеральный банк данных о детях, оставшихся без попечения родителей. Записаться туда невозможно, попасть — как на Луну… В Министерстве нам отвечали что-то вроде: «народу мало, но мы стараемся».

Сегодня пришли новости из Федерального банка данных о детях, оставшихся без попечения родителей.

В ФБД передано ещё две рабочие единицы (два живых человека), число слотов для записи на приём в ФБД соответственно увеличено.  Чем богаты… Не думаю, что это снимет целиком проблему записи, но надо с чего-то начинать.  Хорошо, что результатами жалобы стали не просто ответы, но и действия.

Ура.

Кстати, ФБД ещё полтора месяца на Люсиновской, 51, а потом переедет. Куда — точно не могу сказать, но скорее всего это будет адрес  Каретный Ряд,  дом 2 (рядом с Петровкой, 38).

UPD: Вся история  про ФБД с продолжениями:
— http://zharov.info/archives/6891
— http://zharov.info/archives/7009
— http://zharov.info/archives/7265
— http://zharov.info/archives/7556

Адвокат Жаров

Не стесняться повторять…

Сегодня, общаясь с коллегами на Форуме НКО, организованном Посольством Франции, я обратил их внимание на то, что все мы, независимо от места проживания, испытываем, в общем-то, один и тот же набор проблем… Да, в России нет (по сравнению со многими странами Европы) проблемы беженцев. Но есть — другие, очень похожие на те, что испытывала или испытывает Европа сегодня.

Есть и экзотические: например, коллега из организации «Каритас» рассказывала о проекте помощи нашим соотечественникам, возвращающимся в Россию после десятка лет, прожитых в Европе. Надо сказать, французы слушали с нескрываемым удивлением: как так, кто-то уехал из прекрасной Европы в холодную Россию? Да, оказывается, уезжают. И сталкиваются с проблемами (ну, тут мы не удивились)…

А в целом, проблемы у всех народов похожи.

Скажем, одной из важных проблем (что в профилактике ВИЧ, что в проблемах помощи семье в кризисе) является позднее обращение за помощью.

Могу только подтвердить: именно оно. Время. Оно неумолимо. И если что-то не сделать сегодня — завтра можно опоздать.

Поэтому, например, уже сегодня (а не как планировалось, завтра) мы подали в соответствующие органы заявление о возвращении ребёнка, незаконно увезённого родителем в… Люксембург. Наверное, это будет первое дело, когда похищение ребёнка было совершено по этому маршруту. Рассчитываем вернуть. И оперативность родителя нам тут лишь подмога. Мы успеем. Ребёнка вернём.

В ночи трясётся в вагоне мой коллега, спешащий в Санкт-Петербург, чтобы быть вместе с доверителями в органе опеки, когда они будут подавать заявление.  Что, казалось бы, элементарнее: просто подать бумаги. Но нет. Уже на входе в орган опеки (назову позже, какой именно из питерских муниципалитетов так себя ведёт, но можно и не называть — там таких много) доверителям заявили, что чиновники, например, не собираются ставить отметку на заявлении. Не собирается — и всё тут. Думаю, чиновницу ждёт сюрприз. Мой коллега везёт его в портфеле… ;)

А вообще, надо повторять и повторять:

  • в суде нечего делать без адвоката (как и в больнице без врача);
  • никогда ничего не подписывайте, не прочитав в спокойной обстановке (заберите с собой домой, а лучше — покажите адвокату; никто и нигде не умирал от того, что новый договор о приёмной семье будет подписан на три дня позже);
  • всё, что вам говорят (чиновники) устно, не фиксируя на бумаге, может оказаться враньём (и ничего за это чиновникам не будет);
  • всё, что вы сказали устно, без подачи бумаги или составления протокола — считайте, что не говорили (если это, конечно, не информация о том, где зарыт клад или признательные показания — это, увы, вылетит-не поймаешь);
  • нельзя разговаривать с полицейским (следователем, любым человеком в погонах) без предварительной консультации с адвокатом — молчите, пожалуйста, молчите, я скоро приду!;
  • если где-то есть слово «добровольное» или слова «вправе», «может» по отношению к вам — это значит, что вы САМИ должны хотеть воспользоваться тем, что написано далее (то есть добровольное психологическое обследование — это значит, что на него должна быть ВАША ДОБРАЯ ВОЛЯ, а не «оно, конечно, добровольное, но если вы его не пройдёте…»);
  • адвокат, приглашённый кем-то, кроме вас (или ваших родных) — не ваш адвокат;
  • прежде чем чего-то сделать и уж тем более перед тем, как отчаиваться, посоветуйтесь с адвокатом;
  • и ещё раз: пожалуйста, МОЛЧИТЕ до прихода адвоката (вашего адвоката)!

Буду повторять.

Успеть!

Самое, конечно, печальное — это когда человек опаздывает.

На поезд — ещё полбеды: придёт следующий. Хуже, когда пропускает срок на обжалование. Например, приходит ко мне женщина, приносит решение суда. Вот, говорит, сделайте что-нибудь. А что сделать, если решению суда уже полгода, и за это время никто его не обжаловал? А раз не обжаловал, значит оно вступило в силу.

У каждого решения сроки обжалования свои. Чаще всего это месяц. Но бывают и три дня, и пять, и даже сутки! И за это время надо не только успеть адвокату жалобу написать, но и вам — найти этого адвоката. Поэтому как только вас что-то начало беспокоить — тут же к адвокату.

Или вот ещё семейная пара: пришли ко мне спустя год после решения. Говорят, мы срок не пропустили, мы решение суда только что получили, позавчера. Ну, а что мешало вам получить его раньше? Очередь, говорят, была в канцелярии, не смогли в рабочее время приехать, получить… Конечно, это не уважительная причина. Конечно, и тут с обжалованием опоздали.

Решение органа опеки может быть обжаловано в суд в трёхмесячный срок. Но это не значит, что нужно ждать эти три месяца — чем раньше вы начнёте возмущаться и возмущать вокруг окружающую среду, тем вероятнее, что этот мир прогнётся под нас.

В идеальных случаях ребята из моей команды приходят в опеку уже с написанной жалобой на те действия, которые ещё только произойдут. И подают её (напечатанную на принтере, в двух экземплярах) прямо сразу после того, как получат отказ. А жалобы на хамство вообще надо подавать сразу же, как только закрылся рот. Я, например, сажусь в коридоре и тут же пишу, под копирочку. Производит впечатление. И, конечно, позволяет начальству, если оно того всё же захочет, разобраться по горячим следам. Через месяц жалобу тоже примут, никуда не денутся, но эффект от неё будет в разы меньше.

Или, например, международное похищение детей. В целом, подача иска ничем во времени не ограничена (ну, разве что возрастом ребёнка — 16 лет). Но получить решение суда о возврате ребёнка уже через год становится весьма тяжело, если не сказать невозможно. Правильно подавать в суд сразу же.

В нашей практике, например, заявление о возврате детей из Великобритании мы с коллегами из Лондона подготовили и подали через неделю (!) как вывезли детей. Ещё через две недели обалдевшая ответчица была вынуждена добровольно вернуться в Россию: появление на её пороге двух судебных приставов, да ещё и столь скорое, её фактически напугало,. И это в конечном итоге позволило ей быстро принять правильное решение. В данном случае огромную роль сыграла скорость, с которой были произведены необходимые действия.

Торопитесь, не стесняйтесь. Можно написать адвокату прямо сейчас.

А простых решений нет. Снова про «психологическое обследование»

Вчера участвовал в заседании «рабочей группы» по доработке пресловутого законопроекта (спасибо, что остановились и начали дорабатывать).

Конечно, основные баталии — вокруг «психологического обследования». На нём жёстко настаивает и Следственный комитет, и вообще многие и многие. Против, наверное, только я. И, признаться, уже устал объяснять, почему.

Дело в том, что с точки зрения обывателя есть так называемые «простые решения» почти по всем вопросам. Ну, скажем, пробки. Что скажет обыватель? Надо, скажет, строить дороги. Решение, с точки зрения обывателя, простое и очевидное. Но,  на самом деле, по науке всё строго наоборот: надо не поощрять пользование автомобилем, а развивать общественный транспорт. Что «с ходу» не очевидно.

Так и тут. Юристу понятно, что каждый гражданин, кондиции которого попадают в перечень (недлинный) ограничений — должен иметь право получить письменное подтверждение, что он «годен» быть усыновителем или опекуном. Именно так: соответствуешь некоторому формальному (!) набору требований — можешь быть, в принципе, опекуном. Или усыновителем. Или, опять же в принципе, приемным родителем.

Нам же предлагают добавить к формальном требованиям (жильё, доход, отсутствие определённых диагнозов) заключение по результатам «психологического обследования». Которое, конечно, может быть не только положительным. Да и будучи положительным, может, по мысли авторов, содержать какие-то ограничения вроде «только дети от 5 до 10 лет» и т.п.

Я резко выступаю против этого.

Во-первых, никакое ограничение прав граждан (а процедура «психологического обследования» — такое ограничение) не может быть произвольной. Не может быть введена только потому, что «так хочется».  Можно обязать водителя пройти медицинский осмотр — но только такой, который действительно оградит остальных участников движения от слепого безрукого без головного мозга (и то, опыт движения по дорогам говорит нам, что они как-то ухитряются пролезть).

Орган опеки и попечительства при устройстве ребёнка должен действовать не в интересах взрослого, который «хочет ребёнка», а в интересах ребёнка. Бесспорно.

Но как мы можем говорить об интересах ребёнка, если ребёнка ещё никакого нет? Если гражданин просто планирует быть опекуном или усыновителем. Как, по каким объективным критериям мы можем сказать, может этот человек быть опекуном «неизвестного ребёнка» или нет?

Пример. Написали гражданину в заключении что-то вроде «может быть опекуном только девочки 9-12 лет», а ему  встретился мальчик тринадцати лет от роду. И отношения между ними хорошие, и, в целом, ребёнок весьма тянется к гражданину (или гражданке). Но кто-то из рода провидцев решил — только до 12 и только девочка. Почему? Нипочему. Просто так решил, мнение выразил.

Если нет никаких объективных (а заключение психолога — это субъективная вещь по определению; тем более, быстро утрачивающая свою актуальность — люди меняются, обстановка тоже) требований к личности или условиям жизни потенциального (!) опекуна или усыновителя, то мы сразу же оказываемся в поле «личных мнений» психологов. Вот как тётя Клава думает — так вы и будете усыновлять. И оспорить тут ничего нельзя. Хотя бы потому, что мнение (!) неоспоримо. Ну, верит тётя Клава, что у вас «вакуум в сфере красоты природы и искусства». Или не верит. Что с этим поделать? Как защитить?

Поэтому требования к потенциальному опекуну или усыновителю в принципе не могут быть неформальными. Жильё-доход-справка от врача- отсутствие судимости — есть? Всё, быть опекуном — можешь!

А как же «наилучшие интересы ребёнка»? Так же. Просто они  не в этот момент возникают. Я совершенно не против, если какого-то рода психологическое обследование гражданин будет проходить, когда уже будет подобран ребёнок. Вот тут можно говорить о том, как потенциальный усыновитель или опекун общается с ребёнком, готов ли он понимать и принимать его потребности и т.д.

Но, разумеется, для этого психологи должны заранее составить что-то вроде «психологического паспорта» ребёнка, из которого будет понятно, какие именно потребности (кроме очевидных) у этого ребёнка, какие особенности, какие страхи, какие ограничения… Например, оттуда опекун должен узнать, что приходящий к нему ребёнок уже  был в семье и там подвергся насилию. Или что воспоминания его детства исключают возможность воспитания мужчиной (мало ли какие эпизоды были в жизни…). Но у нас нет ничего подобного про детей. (Только, пожалуй, Мария Феликсовна Терновская что-то по этому поводу делает — и в этом вопросе я двумя руками «за»).

И поэтому всё, что вы там наисследуете по потенциальному опекуну — как это использовать?

Кто-то (и Следственный комитет, в частности) продолжает пребывать в иллюзии, что психолог «ставит диагнозы», то есть, по их пониманию, есть какие-то «методики», волшебные, не иначе, которые могут выявить потенциальных будущих преступников. Приводят пример: той женщине, которая недавно забила приёмного ребёнка насмерть, написали в заключении, что у неё «повышенная агрессивность». И что? Будем отсекать всех, кто чуть более бодрый, чем тюлень на солнышке? Нет однозначно «хороших» и «плохих» качеств, мотиваций, компетенций — человек посложнее, чем любая его модель, тем более описанная словами на бумаге. Нет прямой зависимости между мотивацией  и «успешностью» приёмной семьи. Нет никаких доказательств, что люди более реактивные (читай — агрессивные) станут «более худшими» усыновителями.

Конечно, Следственный комитет можно понять. Сейчас ребёнка передали — и всё, типа, никто не отвечает. Опека «не знала, что он такой», и повесить должностное преступление сейчас на кого-то непросто. Когда такие заключения появятся — круг привлекаемых к ответственности станет ясен. Кто там подписывал психологическое заключение? Пожалуйте к нам, присаживайтесь. Года на три. Хотя побитому ребёнку от этого легче уже не станет. Т.е. результат-то нулевой, но зато есть, кого «привлечь».

В реальности, конечно, вопрос с насилием в семье не является чем-то таким, для чего есть простое решение. Никакое «психологическое обследование» не выявит ничего не очевидного сегодня и так. Если человек вам кажется «странненьким», думаете психолог напишет что-то другое? Нет, тоже самое напишет, только, может быть, более умными словами. Если человек страдает психическим заболеванием — ни один психолог (и даже психолог-медик, клинический психолог) диагноз не поставит, даже если «всем всё понятно». А заставить пройти психиатрическое освидетельствование — невозможно.  Справки нет — значит, здоров.

Примерно миллион или два людей в год будут подвергаться такого рода «обследованиям»: бессмысленным, и, конечно, беспощадным. Права этих людей тоже надо защищать. Патетическая «защита интересов ребёнка» не должна быть теоретической: будет конкретный ребёнок — вот и решайте, давать его конкретному человеку или нет.

Older posts
vip escort vip escort vip escort vip escort masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son vip escort
antalya escort escort antalya sex hikaye erotik hikaye porno hikaye ensest hikaye
russian porno