Библиотека адвоката Жарова

То, что юрист по семейному и детскому (ювенальному) праву собирал много лет

Author: Антон Жаров (page 1 of 47)

Битва за разум (снова про сиротский закон)

Завтра в Общественной палате состоится очередное (но, боюсь, последнее, в рамках этого захода) обсуждение пресловутого сиротского закона.

Сломано много копий, я охрип объяснять что-либо, а вы, наверное, устали отправлять письма с протестами. Спасибо вам за это, кстати, большое, не устану повторять.

И завтра — ещё один такой «бой местного значения».

К сожалению, это не обсуждение в среде профессионалов концепции «как решить вопрос». Никто из обсуждающих не ставит под сомнение базовое: закон будет, и будет про «тестирование». Потому, что так сказал Путин.

Я много раз говорил про лягушку безнадёжно сбивающую маслице в крынке. Я могу сказать и про первый росток зёрнышка, пробивающий асфальт. И про спину верблюда и пёрышко… Да, я могу сказать много. Но суть останется прежней: от меня, может, и не очень многое зависит, но то, что зависит от меня я всё-таки сделаю. И, насколько хватит талантов, хорошо сделаю.

Пусть никто не говорит, что закон не нужен, что он вреден. Пусть все обсуждают, что хотят. Я буду повторять, как тот мальчик: король голый.

Тот законопроект, который обсуждается — не решает тех проблем, которые призван решить, из борьбы с которыми он родился. Он, этот законопроект, лишь портит жизнь миллионам людей, и даёт возможность распилить бюджет (это меня в меньшей степени волнует). В декларируемой попытке «надо же что-то делать» законодатели могут просто прибить до уровня плинтуса всё семейное устройство. На эту тему никто даже не пытался произвести какие-либо расчёты.

«Слезинкой ребёнка» оправдают то, что изгадит всю нашу усыновительско-опекунскую поляну. Да хоть каждый день можно опекунов проверять! Бога ради. Только сколько и каких опекунов после этого останется? Про это никто не думал.

Возвращаясь от законопроекта, с которым я готов спорить в каждой строчке, к делу.

Нам не нравится этот законопроект. Не нравится не только конкретикой, но и принципом: этот  закон, создавая проблемы миллионам, не решает проблемы десятка детей.

И, разумеется, чем бы ни кончилось обсуждение в Общественной палате, мы имеем ещё возможность высказать своё мнение. И настоять, чтобы его выслушали.  Я опять буду просить вас писать письма, потому, что это — наиболее эффективный путь для донесения собственного мнения. Поверьте, ни лайки, ни «подписи» на всяких сайтах . org — никак не меняют ситуацию.

Ситуацию меняет, например, шум в СМИ. Но тут не каждый из нас может что-то сделать.  И  ещё одно меняет ситуацию — личные обращения.

Я уже пояснял, что они хороши тем, что на каждое из них слуги народа (чиновники и прочие) должны дать ответ. А это значит, как минимум, прочитать.

Мы учтём ошибки предыдущих обращений. Большинство людей просто копировала весь текст, и она получался одинаковым, позволяя чиновникам отвечать механически, всем одно и то же. Мы исправимся. Следующие наши обращения будут более серьёзно индивидуализированы.

Пожалуйста, проникнитесь этим: закон позволяет нам высказывать своё личное мнение (чаще, чем только на выборах) — и это мнение должны рассмотреть и ответить.

Я думаю, что если #сиротскийзакон не будет остановлен на подступах, например в Общественной палате, государственным органам придётся ответить не на тысячу писем, как Минпросвещения, а на пару-тройку десятков тысяч.

Если не услышат и это, я придумаю что-то ещё, честное слово, мне хватит изобретательности. А вам, надеюсь, хватит настойчивости.

Лягушечка лапками продолжает сбивать маслице… Завтра расскажу.

Павловский Посад — территория детской беды? Или история «фото для привлечения внимания»

Когда мы видим крик о помощи («43 отказника!», «Нужны памперсы!», «Дети голодают!») — внутри всё сжимается. У большинства нормальных людей — от досады, обиды и желания немедленно помочь. Хочется тут же всё бросить — и начать собирать чепчики, колготки и детское питание.

У меня же всё внутри сжимается… от злости.

Вот, смотрите.

Как ваши чувства? Конечно, хочет тут же всё бросить… и далее по тексту. Но если вчитаться — это совсем не те страдающие малыши, на которых просят деньги. И стена — совсем не в Павловском Посаде.  Это — оцените цинизм — картинка «для привлечения внимания»,  о чём не стесняясь пишет сам автор.

Некто Елена Шустова (https://facebook.com/elshust) , представитель (я не ошибаюсь?) БО «ДОБРО-МАМЫ».     Эта Елена Шустова собирает  памперсы, шампуни, кремы… и даже, не стесняясь пишет «очень срочно нужна закупка канцелярии для Павлово-Посадского интерната, где находится 20 детей-отказников». 

Что важно тут сказать. Возможны два с половиной варианта.

Первый. В Павловском Посаде Московской области находится аномалия, в которой внезапно организовалось аж 43 «отказника», 20 из которых почему-то уже перевели в какой-то интернат из больницы. Кроме того, в этом интернате (или где-то рядом) проблемы с сосками, нижним бельём, памперсами, детским питанием и, простите, канцелярией.  Я сначала даже испугался, что верхнее фото — как раз из этого «интерната». Если бы это было так,  то, как мне кажется, прокуратура вместе с уполномоченным по правам детей была бы уже на месте.

Во всяком случае, если детское учреждение (в двух часах езды от Москвы тем более) испытывает такую нужду — это дикое безобразие! И требует немедленного вмешательства. Чтобы исключить даже малейшие сомнения в этом,  я всё-таки напишу и в прокуратуру Павловского Посада, и уполномоченному Московской области, и губернатору, и вообще всем. Ситуация, когда детское учреждение «побирается» на канцтовары и тапочки — недопустима ни в каком случае.

Но есть и второй вариант. Возможно БО «ДОБРО-МАМЫ» (кстати, а она вообще зарегистрирована? Ни сайта, ни телефона, только адрес, номер банковской карты и PayPal…) просто цинично (!) использует «фоточки» и неаккуратно проверенную информацию («Вам что нужно?» — «Да вот, бумага закончилась и тапки порвались…») для того, чтобы собирать  с доверчивых граждан деньги, канцелярию и детское питание. Куда оно девается потом — не знаю, надеюсь, каким-то нуждающимся детям.

Ещё «пол-варианта» — это то, что это вообще выглядит как чистое мошенничество.

И про это я тоже напишу прокурору.

Вам какой вариант больше нравится?

Отчёт опекуна: чеки на питание и расходование алиментов и пенсий

И вновь продолжается бой… Органы опеки в регионах, городах и весях по-прежнему уверены, что опекун должен забить чеками на молоко и туалетную бумагу всё помещение органа опеки…

И по-прежнему уверены, что опекун не должен расходовать ни пенсию по потере кормильца, ни алименты…

Я устал повторять.

Часть 2 статьи 25 ФЗ «Об опеке и попечительстве»: «К отчету опекуна или попечителя прилагаются документы (копии товарных чеков, квитанции об уплате налогов, страховых сумм и другие платежные документы), подтверждающие указанные сведения, за исключением сведений о произведенных за счет средств подопечного расходах на питание, предметы первой необходимости и прочие мелкие бытовые нужды.».

Это прямо  в законе написано. Соответственно, в форме отчёта опекуна ВООБЩЕ НЕТ НИЧЕГО про расходы на питание, бытовые нужды и т.п.

Гражданский кодекс Российской Федерации , пункт 1 ст. 37:  «1. Опекун или попечитель распоряжается доходами подопечного, в том числе доходами, причитающимися подопечному от управления его имуществом, за исключением доходов, которыми подопечный вправе распоряжаться самостоятельно, исключительно в интересах подопечного и с предварительного разрешения органа опеки и попечительства. Суммы алиментов, пенсий, пособий, возмещения вреда здоровью и вреда, понесенного в случае смерти кормильца, а также иные выплачиваемые на содержание подопечного средства, за исключением доходов, которыми подопечный вправе распоряжаться самостоятельно, подлежат зачислению на отдельный номинальный счет, открываемый опекуном или попечителем в соответствии с главой 45 настоящего Кодекса, и расходуются опекуном или попечителем без предварительного разрешения органа опеки и попечительства.».

Что делать, если ваша опека ничего подобного не читала?

Первое. Проверьте, что все выплаты на ребёнка зачисляются вам на номинальный счёт (подробно о номинальном счёте — тут). Далее спокойно тратьте все деньги, которые поступают в качестве алиментов или пенсий ребёнка на этот номинальный счёт. Если это не траты на еду и мелкие бытовые нужды — собирайте чеки.

Второе. Пожалуйста, если в вашем органе опеки по-прежнему требуют чеки на питание и мелкие бытовые нужды, если на вас ругаются, что вы тратите алименты или пенсию ребёнка, угрожают, «запрещают» и т. п. — напишите, пожалуйста, нам в ИСППП ( 001@isppp.site ), что именно незаконно от вас требуют (чеки на еду, запрещают/мешают/пугают тратить алименты и/или пенсию ребёнка), где это происходит (область, край, республика…).

Мы — БЕЗ УКАЗАНИЯ ВАШЕЙ ФАМИЛИИ и иных данных — обобщим всю информацию и попросим официально Минпросвещения это всё безобразие как-то прокомментировать.

Можете заполнить форму прямо на сайте:  <анкета недоступна>

Ответы  собираем до  вечера понедельника 28 января. Надеюсь, что после этого Минпрос даст какой-нибудь «волшебный пинок» на места.

UPD: Мы получили 31 письмо, и в каждом — не просто ответ на анкету, а мини-рассказ о (чаще всего незаконных) действиях органа опеки.

Мы это всё обработали, свели в таблицу, сейчас готовим мини-доклад по этому поводу, и, конечно, отправим, вместе со своими предложениями, в Минпрос. Прямо просится по этому поводу какое-нибудь хоть письмо методическое…

Варианта «соврать» на самом деле нет вообще (о доходах при усыновлении)

Зашёл тут на Школе приёмных родителей разговор о том, какую справку о доходах нужно предоставлять в орган опеки. И кто-то из «продвинутых» предложил: да сделайте любую, всё равно никто проверять не будет…

Спешу разочаровать вас. Может быть и не будет, а может быть и будет.

Представьте себе лицо судьи, которая на свой запрос в налоговую, о котором вы можете даже не узнать, получит ответ, что ваша справочка 2-НДФЛ — липовая. Какое решение суда об усыновлении мы можем после этого ожидать?

И дело не только в том, что в усыновлении вам будет отказано. Само по себе предоставление в суд заведомо подложного документа — статья уголовного кодекса. Таких дел немного. Суды не всегда (и даже очень редко) проверяют всякого рода бумажки. У многих получается, «липа прокатывает», но…

Любой поддельный документ заложенный в основу принятого решения — это вечная мина, забетонированная в фундамент вашей будущей жизни. Она может и не сработать, но может разнести ваш дом вдребезги.

Дела об усыновлении проверяются (конечно выборочно) и вышестоящими прокуратурами, и вышестоящими судами. А ещё чаще проверяют орган опеки, в том числе, документы, которые вы принесли туда. И, может быть, человек, который готовил вам липовую справку, окажется под следствием, и, давая какие-нибудь показания, может упомянуть о том, что сделал вам такую справочку.

Вероятность подобного развития событий оценивать не берусь, но что вам с той вероятности? Если такое случится, вам будет малым утешением, что вы оказались единственным из сотни.

Так что же делать, если официальный доход мал или отсутствует, а справку (или иной документ) о доходах в орган опеки, и в суд, нести надо?

Во-первых, если у вас действительно нет доходов, стоит ещё раз подумать, а насколько надёжно будут в вашей семье защищены права ребёнка, которого вы собираетесь принять. Скорее всего, доходы у вас всё-таки есть, но есть проблемы с их фиксацией.

Если вы, скажем, сдаёте квартиру, по договору, с перечислением в банк, одним словом — официально, то за год вы сдаёте декларацию, где перечисляете все свои доходы, исчисляете налог и потом уплачиваете его (я упрощаю, но примерно так). И вот эта декларация будет доказательством ваших доходов.

Если же уплата налогов не входит в круг ваших интересов и вы, напротив, склонны эти доходы никому не показывать, вряд ли кто-то и подтвердит, что эти доходы вы действительно получаете.

Примерно такая же проблема у фрилансеров и других людей, не слишком озабоченных тем, как декларировать свои доходы государству.

Увы, если вы не играете по правилам, то и государство на эту тему заморачиваться не будет: орган опеки или суд сделает вполне правомерный вывод, что доходов у вас нет. И ребёнка, соответственно, не даст.

Распространено мнение, что отсутствие доходов можно «заменить» наличием крупных вкладов в банке. Это, по большей части, заблуждение. Конечно, если вы долларовый миллионер, то процентный доход по вашим вкладам вполне может составлять значительную сумму, которую вы продемонстрируете как доход. Справки из банка (о начислении процентов, а не о суммах на вкладах) подойдут для доказательства и в суде, и в опеке.

Алименты и всякого рода выплаты на детей (в том числе и тех, кто находится у вас под опекой) не являются вашими доходами, это доходы детей. Поэтому, даже если эти выплаты значительные по размеру, в качестве обоснования ваших доходов они не годятся. Исключение — оплата услуг приёмного родителя (её иногда называют «зарплата»), но про это у вас также будут справка из опеки и договор.

И ещё один важный момент. Доход кандидата в опекуны или усыновители считается не сам по себе, а в разрезе семьи. Даже если один супруг не работает, доходы работающего всё равно считаются общими доходами семьи. Муж и жена должны сначала сложить обе получки в шкатулочку на серванте, а потом уже поделить пополам. Если ваших доходов «не хватает» — смело несите справки 2-НДФЛ от мужа или жены.

И, пожалуй, главный вопрос — сколько? Размер дохода для кандидата в опекуны нормативно не установлен. Это означает, «лишь бы он был». Часто органы опеки настаивают, чтобы он всё-таки был не меньше прожиточного минимума. Их можно понять: если вы будете недоедать (даже «не подорожавшие макарошки»), то хороший опекун выйдет из вас навряд ли.

Для усыновителей все чуть сложнее. При расчёте складываются прожиточные минимумы в субъекте федерации на всех членов семьи (взрослая мама + взрослый папа + несовершеннолетняя дочка Машенька) и добавляется прожиточный минимум на принимаемого ребёнка. Если эта сумма покрывается вашими семейными доходами — всё ок. Насколько ваш доход больше — значения не имеет, хвастовство ваше никто не оценит. Но меньше, чем эта сумма, доход быть не должен, иначе у суда будут все формальные основания в усыновлении вам отказать.

Как и в случае, если ваша справка окажется подделкой.

Расчёт необходимого дохода для усыновления (Москва, III квартал 2018 года)

Справочно: прожиточный минимум взрослого трудоспособного — 18580, пенсионера — 11505, ребёнка — 13938.

Состав семьи Расчёт Сумма дохода на семью,
необходимая для
усыновления, рублей
Мама (одна) 18580 + 13938 32518
Мама +папа 18580*2 + 13938 51098
Мама +папа +несовершеннолетний ребенок 18580*2 +13938 +13938 65036
Мама +папа (пенсионер) 18580 + 11505 + 13938 44023

Адвокат Жаров

Законодательная инициатива. Законопроект. Закон.

Когда мы видим в ленте новостей сообщение из разряда «в Госдуме планируют запретить ковыряться в носу по пятницам» — это вот что? Пугаться? Собирать чемоданы? Подписывать петиции? Митинговать или тихо лежать, прикрывшись ветошью? Что-то уже изменилось в нашей жизни? Это уже стало законом, и теперь по пятницам совсем-совсем нельзя?

На самом деле, до того, как стать обязательным, любой закон проходит массу стадий своей жизни (иногда доходит до смерти, даже не родившись). И когда вы читаете в новостях слово «предложили», «планируют» или что-то подобное — это значит, что закона ещё нет, и бежать исполнять его пока рановато.

Например, если взять наш «любимый» сиротский закон, то некоторые органы опеки уже обогнали паровоз и стали активно применять то, что ещё даже не получило статус законопроекта, а просто  является текстом для обсуждения. Из Москвы и Московской области слышно уже, что местные опеки уверяют кандидатов в усыновители и опекуны в обязательности «психологического обследования» и невозможности переезда опекуна без разрешения органа опеки. Остановитесь, «гости из будущего»! Ещё не вечер, и что будет (а чего не будет) в новом законе — мы ещё посмотрим.

До того, как появится текст

Каждая инициатива о принятии того или иного закона, прежде чем выродится в текст, проходит обсуждение. Если законопроект готовит правительство, то эта процедура публична, и от граждана (через всем вам уже знакомый механизм  regulation.gov.ru) собирают замечания и предложения к концепции закона. Эти предложения должны быть осмыслены разработчиками, и на каждое предложение должен быть дан ответ, причём не только лично тому, кто что-то предложил, но и путём включения его в таблицу предложений, которая публикуется на портале.

Напротив каждого предложения разработки закона сотрудники того или иного министерства (как правило) ставят «учтено» или нет, и поясняют, почему.

К сожалению, такой порядок обязателен только для законопроектов, подготовленных правительством или министерствами. Депутаты и члены Совета Федерации могут вносить любой законопроект по принципу «сегодня загорелось». Что и делают, забивая входные потоки новостей своими «в Госдуме планируют…».

Разработка текста

Очень часто для разработки того или иного законопроекта в органах исполнительной власти создаются так называемые «рабочие группы». Я уже писал, что эти органы, конечно, совещательные, но часто именно на этом этапе получается что-то изменить в проекте закона, во всяком случае, очевидную чушь и ошибки. Концептуально, конечно, с рабочей группой не все и не всё готовы обсуждать, но, по крайней мере, мнение её участников выслушивают.

Рабочая группа создаётся органом исполнительной власти (например, министерством) совершенно самостоятельно. Нет какого-то нормативного акта о том, кого и как туда включать — с кем хочет посоветоваться министр, с тем и советуется.  Однако, довольно часто обычное обращение от научной или общественной организации позволяет включить в состав рабочий группы и кого-то, чей взгляд на разрабатываемый законопроект может отличаться от «генеральной линии партии».

В результате работы группы экспертов, и, конечно, труда чиновников, на свет божий появляется он — текст.

Общественное обсуждение

Вообще, это штука достаточно новая. До конца 2000-х годов всё общественное обсуждение проходило без всякой формализации. Достал какой-то журналист текст, дал эксперту прочитать, тот что-то прокомментировал, комментарий опубликовали — вот вам и «обсуждение». Или, как часто бывало, раздадут 30 страниц законопроекта прямо перед заседанием Общественного совета при министерстве, и слушают коллективный «одобрям-с» от людей, не успевших прочитать и страницы.

Однако, если я не ошибаюсь, в 2013 году была создана специальная система, позволяющая сделать обсуждение каждой законодательной инициативы правительства действительно общественным. Каждый желающий может зарегистрироваться на портале regulation.gov.ru и написать свои замечания к опубликованному тексту законопроекта.

Есть, конечно, на портале некоторые недоработки. Например, систему поиска по законопроектам не назовёшь удобной: разобраться, где именно будет лежать текст о детях-сиротах — непростой квест. Но это вы ещё просто не были на сайте госзакупок — вот уж где реКбус и кроКссворд, как говорил Аркадий Райкин… В общем, если хотите — найдёте. Главное, что он там есть.

На общественное обсуждение большинства проектов нормативных актов даётся лишь 15 календарных дней. Некоторые законопроекты, прежде всего социального характера, обсуждаются 60 дней, но это бывает не слишком часто. Кроме того, по решению председателя правительства срок обсуждения может быть изменён, и даже отменено само общественное обсуждение. Но это случается ещё реже, поскольку отмена такого обсуждения даёт в руки чрезмерно активным депутатам, пока закон пойдёт через Госдуму, дополнительный «козырь»: мол, мнение народа не спросили…

По окончании обсуждения сотрудники министерства заполняют ещё одну табличку с предложениями граждан, отвечают каждому на предложение, и вместе с текстом (может быть, доработанном на основе замечаний) отправляют в правительство.

«ФОИВы» и анти-коррупция

Как правило, параллельно с общественным обсуждением ведущее министерство запрашивает мнение других федеральных органов исполнительной власти (которые нежно называются «ФОИВы»), региональные власти: губернаторов или профильные департаменты, иногда — парламенты регионов, а также представляет текст на «независимую антикоррупционную экспертизу».

Все эти три момента носят непубличный характер и, в основном, являются формальностью. Разбирать их не будем — от нас тут ничего не зависит.

Внесение законопроекта в Госдуму

Правительство, а точнее конкретный вице-премьер, курирующий министерство-разработчика (в нашем «сиротском» случае — Т. А. Голикова) принимает законопроект у министерства и вносит его на заседание правительства. Или отправляет его на доработку (редко).

Правительство одобряет, и премьер-министр (в нашем случае — Д. А. Медведев) подписывает сопроводительное письмо о внесении законопроекта в Государственную Думу Федерального Собрания Российской Федерации. Фельдъегерь щёлкает каблуками, и через час пачка бумаги (обязательно с флешкой!) поступает в здание на Охотном ряду.

Государственная Дума и принятие закона

В Государственной Думе законопроект рассматривается сначала председателем палаты, потом профильным комитетом, может — Советом Думы, может— ещё несколькими комитетами и, наконец, назначается к рассмотрению в первом чтении. Если закон «в принципе» депутаты одобряют — его принимают в первом чтении.

До второго чтения депутаты могут внести свои поправки к тексту закона, чем они часто пользуются. И если, скажем, депутату от вашей области в этот момент придёт от вас письмо с просьбой обратить внимание на законопроект и отдельные его положения и поправить негодное — может быть, этот конкретный депутат действительно повнимательнее отнесётся и поправки свои предложит.

Поправки будет рассматривать сначала профильный комитет, потом Дума целиком. Дума поправки может принять, может отвергнуть, и — большинством голосов законопроект будет принят во втором чтении.

Дальше у законопроекта два пути: или с «косметическими» (их называют «редакционными») правками он будет принят в третьем чтении, или будет отклонён. Но так с проектами Правительства случается редко. Очень редко. Поправки принять — да, а чтобы вообще отклонить — редко. Но случается. Политика же ж.

После того, как законопроект примут в третьем, окончательном, чтении, его направят в Совет Федерации.

Одобрение в Совете Федерации

У верхней палаты парламента есть 14 дней на то, чтобы отвергнуть (коли захотят) закон, принятый Государственной Думой. Если в течение 14 дней этого не произошло — закон считается одобренным и поступит к на подпись Президенту.

Но чаще всего верхняя палата парламента всё-таки в течение двух недель утверждает (правильно говорить «одобряет») то, что принято в Думе. Если же закон отвергается, создаётся «согласительная комиссия»  и происходит так много официальных телодвижений, что Совет Федерации старается законы не отвергать.

Подписание Президентом

У него ещё 2 недели на то, чтобы закон подписать. Может не подписать и вернуть в Думу. Такое случается в существующих политических реалиях крайне редко.

Как правило, законы подписываются в первые день-два после поступления из Совфеда и передаются на публикацию.

Публикация и вступление в силу

Есть общее правило: неопубликованные нормативные правовые акты действовать не могут. Поэтому все-все-все, даже самые «маленькие» нормативные акты, а что уж говорить про законы — официально публикуются. Некоторое время назад законы обязательно публиковались в «Российской газете» и, конечно, в еженедельном бюллетене «Собрание законодательства Российской Федерации». Теперь большинство законов публикуется (во всяком случае, первый раз) на сайте  pravo.gov.ru.

Ни один закон не может вступить в силу (а значит, применяться) раньше официального опубликования.  В общем случае законы вступают в силу по истечении 10 дней с даты его официального опубликования. Но часто в самом тексте закона указано, когда он вступает в силу. Например, «С 1 января 2021 года».

И вот тогда уже пора прекращать ковырять в носу по пятницам. И новость об этом будет звучать как-то по-другому: «Сегодня президент подписал» или «С сегодняшнего дня — ни-ни!».

 

Older posts
vip escort vip escort vip escort vip escort masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son masaj salonu mutlu son vip escort
antalya escort escort antalya sex hikaye erotik hikaye porno hikaye ensest hikaye
russian porno