За последнее время я дал несколько больших интервью по поводу «сиротского закона».

Большое спасибо Марина Лепина лично и порталу «Милосердие.Ру» за большое интервью, вышедшее под заголовком «Закон о приёмных семьях в таком виде принимать нельзя». По-моему, разжёвано до мельчайших подробностей и с нужным количеством эмоций.

Получается, что вы приходите в непонятное место, где вас тестируют, общаются с вами, а дальше решают, можете ли вы быть папой или мамой или нет. Во-первых, как они это проверят? Человек может демонстрировать разное эмоциональное поведение в разные дни. Да и потом, никто не может предсказать, как я уживусь с конкретным ребенком.

Один психолог скажет: «Девочка Маша медлительная, а вы – холерик, вы не сойдетесь». А мой сын, например, флегматик, я сам холерик, но мы прекрасно взаимодействуем, сыну уже 25 лет. И в отношении одного человека могут быть разные мнения разных психологов.

И еще: это же просто мнение! И как его потом можно оспорить? Кто будет отвечать за такие судьбоносные решения комиссии по итогам обследования, каков механизм его обжалования? Ответов нет.

Также хочу поблагодарить портал «Православие и мир» за кропотливую работу и действительно эпохальное интервью «Приёмный ребёнок как тумбочка. Почему новый закон о защите прав детей принесёт им беду».

Когда мы обсуждали на рабочей группе этот законопроект, прозвучало мнение: «Ухудшение условий – если ребенку стало далеко ходить в школу».

То есть для разработчиков «далеко ходить в школу» – аргумент запретить семье переезжать из одного региона в другой.
Какая будет фантазия у органов опеки на местах, остается только догадываться.