Сегодня, общаясь с коллегами на Форуме НКО, организованном Посольством Франции, я обратил их внимание на то, что все мы, независимо от места проживания, испытываем, в общем-то, один и тот же набор проблем… Да, в России нет (по сравнению со многими странами Европы) проблемы беженцев. Но есть — другие, очень похожие на те, что испытывала или испытывает Европа сегодня.

Есть и экзотические: например, коллега из организации «Каритас» рассказывала о проекте помощи нашим соотечественникам, возвращающимся в Россию после десятка лет, прожитых в Европе. Надо сказать, французы слушали с нескрываемым удивлением: как так, кто-то уехал из прекрасной Европы в холодную Россию? Да, оказывается, уезжают. И сталкиваются с проблемами (ну, тут мы не удивились)…

А в целом, проблемы у всех народов похожи.

Скажем, одной из важных проблем (что в профилактике ВИЧ, что в проблемах помощи семье в кризисе) является позднее обращение за помощью.

Могу только подтвердить: именно оно. Время. Оно неумолимо. И если что-то не сделать сегодня — завтра можно опоздать.

Поэтому, например, уже сегодня (а не как планировалось, завтра) мы подали в соответствующие органы заявление о возвращении ребёнка, незаконно увезённого родителем в… Люксембург. Наверное, это будет первое дело, когда похищение ребёнка было совершено по этому маршруту. Рассчитываем вернуть. И оперативность родителя нам тут лишь подмога. Мы успеем. Ребёнка вернём.

В ночи трясётся в вагоне мой коллега, спешащий в Санкт-Петербург, чтобы быть вместе с доверителями в органе опеки, когда они будут подавать заявление.  Что, казалось бы, элементарнее: просто подать бумаги. Но нет. Уже на входе в орган опеки (назову позже, какой именно из питерских муниципалитетов так себя ведёт, но можно и не называть — там таких много) доверителям заявили, что чиновники, например, не собираются ставить отметку на заявлении. Не собирается — и всё тут. Думаю, чиновницу ждёт сюрприз. Мой коллега везёт его в портфеле… ;)

А вообще, надо повторять и повторять:

  • в суде нечего делать без адвоката (как и в больнице без врача);
  • никогда ничего не подписывайте, не прочитав в спокойной обстановке (заберите с собой домой, а лучше — покажите адвокату; никто и нигде не умирал от того, что новый договор о приёмной семье будет подписан на три дня позже);
  • всё, что вам говорят (чиновники) устно, не фиксируя на бумаге, может оказаться враньём (и ничего за это чиновникам не будет);
  • всё, что вы сказали устно, без подачи бумаги или составления протокола — считайте, что не говорили (если это, конечно, не информация о том, где зарыт клад или признательные показания — это, увы, вылетит-не поймаешь);
  • нельзя разговаривать с полицейским (следователем, любым человеком в погонах) без предварительной консультации с адвокатом — молчите, пожалуйста, молчите, я скоро приду!;
  • если где-то есть слово «добровольное» или слова «вправе», «может» по отношению к вам — это значит, что вы САМИ должны хотеть воспользоваться тем, что написано далее (то есть добровольное психологическое обследование — это значит, что на него должна быть ВАША ДОБРАЯ ВОЛЯ, а не «оно, конечно, добровольное, но если вы его не пройдёте…»);
  • адвокат, приглашённый кем-то, кроме вас (или ваших родных) — не ваш адвокат;
  • прежде чем чего-то сделать и уж тем более перед тем, как отчаиваться, посоветуйтесь с адвокатом;
  • и ещё раз: пожалуйста, МОЛЧИТЕ до прихода адвоката (вашего адвоката)!

Буду повторять.