Работа у нас такая: почти каждый день приходится отправлять письма. Чаще заказные, иногда ценные, иногда сразу много, иногда — такое тоже бывает — бумаги приходится слать посылками.
Сегодня 15-е число, стало быть, на всех почтовых отделениях Москвы (по крайней мере) стоит очередь из примерно одинаково выглядящих гражданок — бухгалтерш, отправляющих свою отчётность, которая всегда (всегда-всегда!) сделана в последний день. То есть те 15 дней, которые были с начала месяца — никак не достаточны для подготовки и отправки отчётов.
И вот эти “демонстрации” стоят на почте с утра пораньше и до закрытия, когда бухгалтерши с боем сдают свои последние конверты, ибо уже 16-го будет штраф.
И вот случилось отправить сегодня письмо мне. Не то, чтобы у меня “горели сроки”, но хотелось отправить пораньше хоть на денёк, чтобы дошло побыстрее — в Самару. Зашёл на одну почту — митинг, на вторую, зажатую в таком переулочке, что никто и не найдёт — демонстрация, на третью — пикетирование, и у каждого в руках по пачке того, чего отправлять… Ни в одну специально не ездил, все, что называется, из “проезжающих мимо”. И вот, наконец, без 20 минут восемь вечера попал на маленькое отделение на самом отшибе цивилизации, у дрожжевого завода на Дербенёвке. Там оказалось, что впереди четыре человека на два окошка. Ну и славненько…
В 20 часов, когда между мной и окошком оставалась ровно одна тётя с переводом, кавказских кровей женщина в окошке заявила, что больше она работать не будет, что мы “сами дотянули”, что она “не обязана”, ну и много того рассказала, что нам делать надо и не надо.
Интереса в ситуацию добавляло то, что я стоял всего 20 минут, а та тётя, которая передо мной — аж с без десяти семь! И ей-то как обидно! И народу-то я, да она, и время-то — всего 20:01.
Говорю спокойно: девушки, у нас одно письмо и один перевод — примите и мы пойдём. А иначе придётся писать жалобу…
Пять минут на меня орали. Орала эта самая приёмщица, прибежала ей “на подмогу” тётка из отдела доставки. Та, размахивая ключами, начала меня убеждать, что я пришёл не “без 20-ти”, а “без 10-ти” (словно это имеет какое-то значение), и, как это любят в подобных случаях, стала рассказывать, что и как мне в жизни необходимо делать. В частности, в котором часу приходить, что и откуда отправлять, ну и другие, важные в жизни советы.
Я считаю подобное поведение хамством. Я же не рассказываю, что делать лично этим клушам, хотя, возможно, мнение имею?
— Девушки, — продолжал я, — надо ли вам жалобу? Может, всё же примите – и мы пойдём в этот жаркий душный день с хорошим настроением? Ведь напишу про ваше тут хамство — премии лишат…
— Ну и что, — ответствовали мне из-за прилавка, — что там той премии, тысяча рублей!
Я не буду рассказывать дальше подробно: пришла начальница, гаркнула на тёток, та, которая из доставки всё-таки назвалась, фамилию её записал в книгу жалоб, письмо и перевод приняли, и все пошли домой…
Но меня всю дорогу волновал вопрос: неужели радость пятиминутного хамства стоит для этой женщины 1000 рублей?
UPD: Дело имело продолжение (в ЖЖ – тут).
Пока нет ответа.